Скажи мне «да». Возвращение

Чего ей не хватало, почему душу будоражили странные, давно забытые эмоции?

А потом тонкого слуха Покровительницы Лэйров коснулась едва слышная мелодия. Лёгкая, плавная, она окутывала сознание золотистым туманом, оставляла еле заметный мятный привкус на языке, вызывала непонятное щемящее чувство в груди. В Обители никогда не звучала музыка, разве только в покоях Шаино и по её желанию. Так откуда сейчас взялись чарующие звуки, звавшие за собой? Бессмертная не заметила, как ноги сами понесли её навстречу источнику, и очнулась только когда оказалась на пороге… покоев Эзора? Женщина моргнула и с недоумением уставилась на Покровителя Реффердов, развалившегося на низеньком диванчике и перебиравшего струны причудливого инструмента, отдалённо похожего на гитару.

— Ты играешь? — вырвалось у Шаино с неподдельным удивлением, а сердце отчего-то сжалось в непонятном предчувствии.

— А ты танцуешь, — негромким, спокойным голосом ответил Эзор и отложил инструмент.

Бессмертная невольно отступила на шаг — что-то такое сквозило в его облике, слишком властное и решительное, чего раньше она не замечала, — но спина женщины упёрлась в закрытую дверь. Шаино нахмурилась и скрестила руки на груди, смерив Эзора взглядом. Она надеялась, равнодушным.

— К чему всё это? — обронила женщина, невольно отметив, что простая одежда — штаны и белая рубашка — очень даже идут ему.

— Что именно? — Эзор остановился почти вплотную к ней, засунув руки в карманы. — Музыка? Мне захотелось поиграть, — Покровитель Реффердов пожал плечами, а в синей глубине его глаз Шаино неожиданно заметила весёлые огоньки, хотя Эзор оставался серьёзным. — Это помогает не забыть, что я когда-то был человеком. А ты, Шаино? — ладонь хозяина покоев упёрлась в дверь рядом с её головой, а сам он придвинулся ближе.

Ей стоило больших трудов не отшатнуться, но она упрямо сжала губы и вздёрнула подбородок.

— Что — я? — холодно переспросила бессмертная.

Пальцы Эзора легли ей на подбородок, их лица разделяли считанные сантиметры.

— Ты помнишь, что когда-то тоже была человеком, или уже успела забыть? — губы Покровителя дрогнули, на них появилась тень улыбки.

Бесконечно долгие мгновения Шаино смотрела в эти глаза, даже себе не признаваясь в том, что растеряна происходящим. Странным поведением Эзора, его явным интересом к себе, чего раньше не замечала.