Скажи пчелам, что меня больше нет

Он тут же поменял свое первоначальное мнение о характере книжного магазина и его вероятной клиентуре — мнение, вызванное аккуратными рядами романов на английском, немецком и французском языках, включая предназначенный для детей перевод «Робинзона Крузо», по которому его обучали французскому языку в десятилетнем возрасте. Погруженный в теплые воспоминания, он улыбнулся, затем оторвал взгляд от витрины с книгами и через стекло увидел парящую за ней голову Амаранты и ее бледное лицо.

От неожиданности Уильям какое-то время тупо таращился на нее, однако заметил, что и она при виде него оторопела не меньше, правда, выглядела не столь глупо.

Стряхнув оцепенение, он взглядом пригвоздил кузину к месту, предупреждая, чтобы не думала бежать через черный ход, потому что он все равно быстрее и догонит ее в переулке, как черепаху.

Правильно истолковав этот взгляд, Амаранта угрожающе сузила свои переменчивые глаза — черные в полумраке магазина.

— Только попробуй, — сказал он вслух, немало удивив пожилую даму, которая остановилась рядом и просматривала товары в витрине.

— Прошу прощения, мэм, — поклонился Уильям. — Не соблаговолите меня извинить?

Не дожидаясь ответа, он толкнул дверь магазина и вошел. Амаранта, разумеется, уже исчезла. Молодой человек торопливо оглядел помещение: как и в любом книжном магазине, где ему доводилось бывать, на всех возможных поверхностях лежали стопки книг. Здесь чудесно пахло чернилами, бумагой и кожей, но сейчас у него не было времени насладиться обстановкой.

Из-за нагроможденного книгами стола вышел гном, опирающийся на черную трость.

Впрочем, гномьим был только его рост. На Уильяма глядел худощавый мужчина с прямой спиной, копной седых волос, густых и коротко стриженных, и смуглым, изрезанным морщинами лицом, черты которого застыли в решимости.

— Держитесь подальше от моей дочери, — сказал гном, ухватив трость обеими руками. — Или я… — Глаза его сузились, и Уильям понял, от кого Амаранта унаследовала и глаза, и выражение лица. Мистер Кауден (ибо, несомненно, это был он) внимательно посмотрел на ноги Уильяма, затем перевел взгляд на лицо, которое находилось на фут выше его собственного.

— Или я сломаю вам колено, — закончил Кауден, ловко перехватывая трость на манер крикетной биты и принимая позу человека, намеренного отправить мяч в соседнее графство. Его решительность заставила Уильяма отступить на шаг.

Испытывая раздражение наравне с изумлением, он коротко поклонился.

— Я… Уильям Рэнсом. К вашим услугам, сэр.