Я узнавала, – пояснила Валентина, наткнувшись на изумленный Женин взгляд. – Детей нет, так что можно и без суда обойтись. Делить вам нечего, и так ясно, что все твое. Никаких проблем.
То, что ее разрушенную до основания жизнь можно было подвести под определение «никаких проблем», оказалось для Галочки неожиданностью. Но со стороны, если не особо копаться, а опираться на логику продумавшей и предусмотревшей мелочи Валентины, все выглядело именно так. Сошлись – разошлись.
– Па-а-азвольте! – вскипела Светлана Николаевна.
– Как это нечего делить? А совместно нажитое имущество? А жилплощадь? И вообще – мы не согласны на развод!
– Мама! – Унижение стало невыносимым. Галя не собиралась торговаться на руинах своего счастья, да еще в присутствии грудастой терминаторши, лишившей ее последних иллюзий. В том, что Женя был иллюзией, она уже не сомневалась, но лучше спать и видеть сны, чем обустраиваться на пепелище."
"– Так, тогда давайте обсудим, на что вы претендуете, – не растерялась Валя.
– В конце концов, у нас вся жизнь впереди, можем сегодня перекантоваться в вашем обществе – сейчас съездим в Женину квартиру и решим, кому что отойдет. Чтобы потом без недоразумений обошлось.
– Мне ничего не надо, – пробормотала Галочка. У нее разболелась голова, и четкость мысли расплылась, как размытый след от самолета, белым облаком распластывающийся по голубому небу.
– Молчи, дура! – Светлана Николаевна была близка к состоянию аффекта.
От предстоящего вечера она ждала лишь удовлетворения сиюминутного желания поплясать на зятьевских костях.
Теща не могла осознать, что именно теряет в связи с уходом из семьи Евгения, но уже представляла, что как минимум полквартиры, подрыгивая хвостом, уплывают из рук. Вместе с мебелью и неясными материальными перспективами. Список потерь начал быстро оформляться в ее голове, словно череда из связанных между собой платочков, вытягиваемых из кармана ловким фокусником: подарки по праздникам, поездки на машине за город, ремонт, путевки к морю, даже дешевое, но симпатичное белье, – все оставалось в прошлом.
В будущем маячила лишь перспектива получить на руки квашню-дочь, не сумевшую удержать выгодного во всех отношениях мужа.
– Мне ничего не надо, – уперлась Галя. – Мама, пошли.
– Что ты несешь? – Светлана Николаевна злобно дернула ее за руку. – Завтра пожалеешь, да поздно будет! Ты на него потратила лучшие годы жизни.
