Один из нас всегда был рядом, не отходя от Дерека ни на шаг и пытаясь привести его в чувство.
Нет, внешне он был в порядке, но мы стали замечать за ним странности: он говорил о том, что не все его родственники погибли, что однажды вернется великая королева и тогда мир снова станет прежним…
— А дальше? — тихо спросила, когда Арий замолк.
— Дальше… Когда Дерек встречает незнакомую рыжеволосую девушку, ему начинает казаться, что это его родственница, которая чудом спаслась. И он начинает рассказывать ей разные странные вещи, убеждает, что они родственники… У них в семье все были рыжие…
Закончив рассказ, Арий надолго замолчал, а мне стало и грустно, и легко одновременно.
Почему-то Дерек вызвал у меня симпатию, даже несмотря на свое неоднозначное поведение. И, честно говоря, в глубине души я поверила и обрадовалась, когда он заявил, что является моим родственником. Ведь насколько легче жить, если рядом есть кто-то близкий, хоть по крови, хоть по духу…
Ну что же, после рассказа Ария я осталась без родственника, но зато и без иллюзий, что кто-то вместо меня решит мои проблемы.
— А как погибла семья Дерека? — мне было важно узнать ответ на этот вопрос, сама не знаю почему.
Ответить Арий не успел.
— Я уложил его спать, — Станислас с шумом выдвинул стул и сел. — Пришлось магию применить, но до утра он точно из комнаты не выйдет. Какие у нас планы? — поинтересовался он у Ария.
— У нас с Рейджиной, — с нажимом на слово «нас» ответил Арий.
— У нас планы весело провести эту ночь.
— Ну-ка, ну-ка, дракон, я опекун Реджи и никаких веселых ночей с ней никто проводить не будет! — взвился Претемнейший. И я с ним была полностью согласна — это на какие такие пошлости дракон намекает?
Ничуть не смутившись, Арий взял мою ладошку, поднес к губам и поцеловал в запястье, опять слегка прикусив кожу:
— Реджи, мы с тобой идем гулять и смотреть фейерверк. А вовсе не то, что подумал этот развратник.
— А почему Станислас вдруг сделался моим опекуном? — заинтересовалась я, успокоившись — гулять, так гулять, тут у меня возражений нет.
Претемнейший закатил глаза, изображая оскорбленную невинность:
— Регина, ты меня с ума сведешь. Сама мне законом грозишь и думаешь, что я в ответ не изучу контрзаконы?
И с издевкой прошипел:
— Ты теперь под моей опекой, ящерка, так как есть еще один закон о пришлых в наш мир.
