Сказочное невезение

Мы помчались вверх по лестнице и влетели в уборную для прислуги на верхнем уровне подклети. Кристофер привалился к ближайшей стене.

– У меня в жизни не было такого бурного утра! – произнес он. – И чтоб я провалился, если еще когда сунусь в эту часть чердака!

Тут я с ним был полностью согласен. А потом посмотрел в зеркало и сразу понял, почему мисс Семпл пришла в такой ужас. Мы оба были чумазые, как я не знаю что. Кристофер – весь в пыли и ворсинках с ковра. Один его чулок сполз, а шейный платок снова напоминал серую веревку.

Я же был покрыт паутиной, а волосы торчали в разные стороны.

– Самое время прибегнуть к волшебству, – сказал я.

Кристофер испустил вздох, а потом махнул рукой:

И мы опять стали с иголочки – чистые, наглаженные рубашки и опрятные шейные платки.

– Вымотался, – сказал Кристофер. – Совсем сил не осталось, Грант. Ты ведь меня заставил колдовать без передышки. Если так и дальше пойдет, я состарюсь раньше срока.

Я-то видел: на самом деле ничего он не вымотался, но Кристофер продолжал гнуть свое, пока мы спускались вниз.

Мне, в принципе, было все равно. Главное – мы оба избегали говорить про Странника, про экраны в погребе и про голос с потолка. Слишком все это было серьезно, пока не хотелось вдаваться.

Открыв дверь средней залы, мы обнаружили, что сидят там, почитай, одни незнакомцы: горничные в желтых капорах и лакеи в жилетах и полосатых чулках – на вид даже смазливее, чем привычная нам публика. Эндрю, Грегор и все остальные наши знакомые сидели в ряд в дальнем конце длинного, низкого помещения и как-то оцепенело таращились перед собой.

Одна из самых хорошеньких горничных стояла на столе, прямо среди посуды и приборов. Когда мы вошли, она театральным жестом простерла руку и произнесла:

– Когда же придет лазурная ночь, а с нею – моя любовь?

Парень в темном костюме, который стоял на коленях между стульями, откликнулся:

– Еще не окрасится алым восток, а мы уже встретимся вновь!

– Дешевка! – фыркнула барышня, стоявшая на столе.

– Чего? – спросил Кристофер.

Все так и подскочили. Все новые горничные и все странные лакеи скромненько заняли свои места у столов, причем с такой скоростью, что даже поверить трудно, – за исключением парня в темном костюме, который стоял, одергивая пиджак. А барышня – кстати, она действительно была на диво хорошенькой – так и осталась стоять на столе.

– Ах вы, невежи! – воскликнула она. – Могли бы помочь мне слезть. А теперь я вляпалась.

– Не переживай, – сказал я. – Мы всего лишь Постигающие.