Сказочный корабль

Но что за темная фигура двигается к нему, молчаливая, подобно смерти? Какие глубины его разума исторгли это существо?

Приглушенный баритон раздался под сводами хижины:

— Сэм Клеменс! Не бойтесь! Я не причиню вам вреда! Я пришел помочь вам!

— И что вы хотите в уплату за свою помощь? — прошептал Сэм.

Человек негромко рассмеялся и сказал:

— Мне импонируют люди вашего типа. Пожалуй, я сделал верный выбор.

— Вы хотите сказать, что я выбрал вас, чтобы вы выбрали меня, — ответил Сэм.

Человек помолчал несколько секунд, затем произнес:

— А, я понимаю! Вы думаете, что я — очередная фантазия, вызванная Жвачкой.

Это не так. Коснитесь меня.

— Зачем? — хрипло сказал Сэм. — Вызванное Жвачкой видение должно знать, что его можно ощутить руками так же, как увидеть и услышать. Прошу вас, излагайте свое дело.

— Полностью? Это будет слишком долго. Я не располагаю достаточным временем. Тут есть еще кое-кто, и меня могут обнаружить. Они очень подозрительны и знают, что среди них есть изменник. Однако не имеют представления, кто им является.

— Они? Кто — они? — спросил Сэм.

— Они — то есть мы, этики — те, кто ведет наблюдение за этой областью. Здесь сложилась уникальная ситуация — впервые собрался вместе исключительно разнородный человеческий ансамбль. Это представляет редчайшую возможность для исследования, и мы регистрируем все. Я — один из Двенадцати и поэтому являюсь тут руководителем.

— Я очень польщен, — сказал Сэм, — и непременно выпью стаканчик в вашу честь, когда проснусь.

— Вы уже проснулись.

Уверяю вас, что я действительно существую. И у меня мало времени.

Сэм попытался сесть, но рука пришельца удержала его на месте. В прикосновении ладони чувствовалась огромная физическая и ментальная сила. Ощутив это, Сэм вздрогнул.

— Вы один из Них, — прошептал он. — Один из Них!

— Из них, но не с ними, — сказал человек. — Я — на вашей стороне, на стороне людей. И я сделаю все возможное, чтобы мой народ не смог завершить этот мерзкий проект. У меня есть план — план, осуществление которого требует длительного времени и бесконечного терпения.

Поддерживая традицию, я вступил в контакт с двенадцатью людьми. Это ваш, человеческий комитет Двенадцати, выбранный мной из многих миллиардов. Его члены посвящены в отдельные детали плана, но в целом его не представляют. Если кто-либо из них будет обнаружен и подвергнут допросу, он сможет сказать этикам очень немногое. План должен разворачиваться медленно, и все происходящее должно казаться набором случайных событий.