Скелет из пробирки

Отрезала с жопы, переберется на плечи, убрала живот, «стечет» на бедра. Еще хуже становится. Вон Каролина, певичка из группы «Заводная обезьяна», просто в жуть превратилась! Она решила слегка талию уменьшить, а каков результат? Нет, талия у нее теперь пятьдесят четыре сантиметра, зато на спине гребень из жира! Не Каролина, а динозавр!

– Ну тогда…

– Слышь, Арина, – с жаром воскликнула Нюся, – если в результате твоих манипуляций я потеряю хотя бы пять кило! Даже три! Я тебя так отпиарю! Вся страна читать кинется! Федор из издательства – мальчик по сравнению со мной! У меня связи во всех издательствах, на ТВ, на радио…

Я улыбнулась.

– Ладно, тогда положи в сумку необходимые мелочи и встретимся у метро.

– Но я же на машине!

– Нет. Хочешь похудеть?

– Конечно.

– Тогда едем на электричке.

– Куда?

– В санаторий для похудания, – хихикнула я, – чудесное, экологически чистое место, тебе понравится.

Путь занял у нас почти весь день. Сначала добрались до станции с зазывным названием Кащеево, потом тряслись на автобусе до деревеньки Житинкино, затем побрели через лес.

– Долго еще? – простонала Нюся, садясь на пенек.

– Чистая ерунда, – успокоила ее я, – всего семь километров.

– Умру, не дойду, – взвизгнула она, – это ужасно! Я забыла, когда столько пешком ходила!

– Ничего, выживешь, – приободрила ее я, – дыши глубже.

– Голова кружится, – жаловалась Нюся.

"– Это от избытка кислорода.

– Ноги болят, – ныла она.

– Альтернативы нет: впереди лес, сзади тоже, между прочим, тут волки водятся, если до темноты до Попугаихи не доберемся, запросто можем к ним на ужин попасть.

Нюся подскочила и довольно резво пошкандыбала по узкой дорожке. Я, пряча усмешку, двинулась за ней. Последнего волка тут изловили еще до большевистского переворота, но Нюсе об этом знать совсем не обязательно. Наконец мы взобрались на косогорчик.

– Вон Попугаиха, – я ткнула пальцем в покосившиеся домики, черневшие внизу.

– Надо же было так деревню обозвать, – удивилась Нюся.

– Раньше тут жил барин, который страстно любил попугаев, – пояснила я, – сам держал в доме и крепостным велел. В каждой избе по три-четыре клетки висело. Вообще, русские крестьяне ловили себе щеглов, но тут вот развелись попугаи.

Мирно болтая, мы добрались до первой избенки, я пнула дверь ногой – покачиваясь на ржавых петлях, она открылась.