Скелеты в шкафу

– Без фонарика здесь никак, – просветил его Фиделио. – Ни почитать после отбоя – лампочку-то гасят, – ни выйти. Тут же по ночам тьма кромешная. – Он извлек из тумбочки тоненький голубой фонарик и вручил Чарли. – Тебе же надо будет разглядеть плащ, – напомнил он. – Положи пока под подушку.

Чарли забрался в постель последним – довольно долго провозился, роясь в сумке. Он было вновь расстроился, достав пижаму со злосчастными мишками, но заметил, что у одного мальчика пижама вообще в каких-то цветочках и ягодках, и это чуточку примирило его с жизнью.

Не успел Чарли укрыться одеялом, как в приоткрытую дверь просунулась чья-то рука и щелкнула выключателем. Свет потух.

– Тишина! – объявил резкий женский голос.

Рука исчезла, дверь затворилась, и в спальне стало совсем темно.

Голос какой-то знакомый. Чарли озадаченно поерзал под одеялом, но вспомнить не получалось.

– Это кто был? – шепотом спросил он у Фиделио.

– Надзирательница, – прошептал его приятель. – Этой тетке до дракона чуть-чуть не хватает.

В темноте шуршало, и поскрипывало, и покряхтывало – мальчики ворочались, пытаясь устроиться поудобнее на жестких и узких койках. Чарли ждал, пока все не стихнет, и прислушивался. Габриэль на соседней койке дышал ровно и глубоко. Наверно, спит уже.

Чарли вытащил из-под подушки фонарик и осторожно опустил ноги на пол. Удостоверившись, что фонарик направлен на стену, он нажал кнопку. Прямо перед ним ярко высветился синий плащ. Чарли крадучись снял его с Габриэлевой вешалки.

– Мой, точно, – шепотом сообщил он Фиделио.

Тот уже сидел на краю койки.

– Забирай, – одними губами велел он. – Быстро.

Чарли торопливо поменял местами плащи – свой и потрепанный. Он уже повесил было старый плащ на вешалку Габриэля, но тут спальня огласилась отчаянным воплем.

– Не-е-ет! – в ужасе взвыл Габриэль, вскочил и вцепился в плащ. – Не надо! Пожалуйста! Забери его! – И он швырнул рваный плащ на постель Чарли.

Чарли положил фонарик на подушку, так что теперь плащ был как под настольной лампой.

– Так это же твой. – Он ткнул пальцем в обтрепанную ткань. – Вот и забирай, а мне он не нужен.

– Ты не понимаешь! – простонал Габриэль. – Я не могу его носить, не могу, не могу! Он насквозь пропитан… страхом… Ужасом… Я от него совсем больной делаюсь. – Он хлопнулся на койку и закрыл лицо руками.

– Ты соображаешь, что говоришь, Муар? – прошипел Фиделио.