Скелеты в тумане

Мы с Алешкой набирали их в кастрюлю и варили в морской воде. И папа при этом говорил маме: «Это ведь те же устрицы, деликатес даже для миллионеров». Мама вздыхала и отворачивалась. Но ела.

В один день мимо нашего острова прошел какой-то катер. Мы поздно его заметили и сколько ни прыгали на крутой скале и ни махали руками и шапками, он равнодушно прошел мимо."

"Тогда папа велел сложить на этой скале кучу дров и кучу сырого мха. Чтобы в нужный момент подать сигнал бедствия дымом костра. Рядом он положил под камень гильзу с несколькими спичками и отломанной от коробки «чиркалкой».

Помощь все не шла, и у нас кончалась соль, совсем не осталось сахара. И было всего несколько патронов.

И папа решил обратиться ко мне за помощью. Оказывается, только я мог спасти нашу семью. Своих родных и близких.

– Дима, – грустно сказал он, – придется тебе отправиться за подмогой. Не боишься?

– Боюсь, – честно сказал я. – Но отправлюсь.

– Молодец.

И он подробно рассказал, как мне разыскать Биостанцию – это ближайшая населенная точка.

– Высадишься на нашем берегу. Пойдешь по компасу до болота. Там мы свернули направо, к заброшенному руднику, а ты пойдешь налево – все время длинной впадиной вроде оврага. А потом наоборот – по скалистому гребню, и выйдешь к высокой скале, похожей на башню. От нее – опять по компасу, строго на юг до самого озера. Обойдешь его левым берегом и найдешь тропу, она начинается между двух круглых валунов, не ошибешься. Тропа приведет тебя на станцию. Запомнил?

Я повторил его указания слово в слово.

– Если вдруг собьешься с пути, помни: море находится от тебя на северо-западе. Рано или поздно, но ты до него доберешься. Все ясно?

– Кроме одного: как я попаду на наш берег. Вплавь? Я ведь не морж.

– Да, в такой воде пловец не продержится и пяти минут, окоченеет.

Мы сидели с папой на берегу. Море было такое спокойное, будто никогда и не волновалось – совсем стеклянное, покрытое легкой дымкой.

– Поплывешь на плоту, – сказал папа. – Пойдем бревна искать.

Здешние берега все сплошь завалены грудами бревен, очищенных от коры и сучьев, ровных и прямых, одного размера.

Папа нам объяснял, что иногда от буксируемых плотов отрывается заготовленный лес. Прибойная волна долго катает бревна по прибрежным камням, сдирая с них размокшую кору. А в шторм бревна выбрасывает далеко на берег, где обычной волне их не достать. Там они и лежат, сохнут, и морской ветерок шлифует их песком до костяного блеска.

А на этом островке выброшенных бревен почти не было.