Скиф-Эллин

То ли галикарнасцы собирались разогревать масло в котле на костре и выливать на осаждавших во время штурма, что маловероятно, потому что нападения с этой стороны не ждали, то ли здесь был склад торговца маслом и по совместительству старшего стражника башни, что сейчас встречается сплошь и рядом. В любом случае хоть какая-то добыча. С провиантом в македонском лагере проблемы: местных крестьян грабить запрещено, морские пути перекрыты, а по сухопутным не успевают подвозить. Амфоры были дешевые, без орнамента, остродонные, с двумя ручками у горла, объемом двадцать шесть литров или один талант.

Это греческий стандарт веса и объема, который в будущем станет мерой интеллекта. Такая родословная будет виновата в том, что в большинстве случаев признаками таланта будут именно вес в обществе и/или объем произведенного продукта."

"Носили мы амфоры двумя парами, поскольку во второй башне ничего ценного не нашлось. Третья пара обвязывала их и спускала вниз, а там переправляли через ров, чтобы потом отвезти в наш лагерь.

Бессы по пути через башню прихватывали и по пучку стрел. Сейчас на любой товар, даже плохого качества, обязательно найдется желающий. Пока что покупателей больше, чем продавцов и товаров, как будет в двадцать первом веке. Никто нам не мешал, потому что внимание горожан было сосредоточено на бое у восточных ворот. Там в двух местах что-то горело. Судя по высоте пламени, осадные башни. Перетаскав амфоры с маслом, сделали по ходке за стрелами. Неся целую охапку их, подумал, что из главы государства и известного полководца превратился в мелкого воришку. Новая роль показалась мне душевнее.

25

Шум ночью подняли греки-наемники, которые сделали вылазку, сожгли две осадные башни и перебили немало солдат македонской армии, но и сами потеряли около тысячи человек, включая командира Эфиальта, изгнанного из Афин по требованию Александра Македонского после восстания Фив. И зря они так сделали. Как догадываюсь, башни эти собирали лишь для тренировки саперов. До этой ночи штурмовать город Александр Македонский не собирался.

Ночной налет разозлил его. Утром в Галикарнас передали его требование: сдаться или завтра утром армия пойдет на штурм — и оставшиеся в живых позавидуют мертвым. Галикарнасцы пообещали обсудить предложение на агоре и до утра дать ответ.

Я в это время отсыпался после ночной вылазки. Две амфоры с оливковым маслом мы оставили для себя, а остальные вместе со стрелами продали Стесимброту, который сопровождал македонскую армию и в этом походе.