Скиф-Эллин

Для некоторых из этих дикарей за счастье перебраться в Афины, Милет или Сидон. Пройдет несколько веков — и люди толпами побегут из Греции, Турции и Ближнего Востока в Западную Европу. Бедным придется приспосабливаться к незнакомой и порой враждебной среде, растворяться в ней, а богатые смогут перебраться вместе со своим маленьким мирком. Слиться с окружением, остаться собой или перебраться в другое место — это будет добровольный выбор богачей. Из этого следует вывод: бедные обречены быть патриотами.

Мы приткнулись носом к берегу возле деревни, опустили трап и быстро выгрузили все ценное, что было на галере.

Само собой поснимали все драгоценности с пассажиров и забрали их поклажу. Грабить беглецов тем хорошо, что везут они самое ценное и легкое и маленькое. В корзинах, которые грузили на острове последними, были благовония, пряности и пурпурная краска. Одной корзины хватит всему моему отряду, чтобы не работать оставшуюся жизнь. Я даже пожалел, что не дождались последнюю арбу, которая должна была привезти такой же товар. Еще было много бронзовой и особенно стеклянной посуды. Финикия сейчас основной производитель стеклянных изделий, причем делают на таком высоком уровне, который в Европе достигнут в веке восемнадцатом, если ни позже.

Я собирался перегнать галеру южнее и продать ее вместе с пассажирами и гребцами. Ближайший городок южнее нас, в котором, как мне сказал местный купец, могли купить такой дорогой товар, был в двух дневных переходах. Назывался он Иопа или по-египетски Юпа. Если не ошибаюсь, располагался на месте будущего Тель-Авива.

Я бывал в Иопе нескольок раз в предыдущую эпоху. Тогда город был мал и слаб, предпочитал откупаться от любой армии, проходившей мимо. Путешествие туда заняло бы не меньше недели с учетом торга. За это время я мог срочно потребоваться командованию, с которым пока не хотелось обострять отношения, ведь самая большая добыча еще впереди. Убедившись, что захваченное на галере во много раз превзошло мои самые смелые ожидания, я решил пренебречь мелочевкой в виде ее самой и сотни потенциальных рабов. Вместо этого мы высадили на берег жен с детьми богатых пассажиров, а их отцам я сообщил сумму выкупа, который позволит семьям воссоединиться.

— До конца осады буду в этой деревне, — предупредил я Евримедонта, — так что поторопись.

— Я привезу выкуп, а вы опять нас ограбите, — сказал он.

— Одну корову два раза не имеют, — поделился я с ним русской народной мудростью. — Я тебе тоже не доверяю, поэтому обмен совершим на воде.