Я успеваю отстоять молодого скифа, которого ранило в правую руку выше локтя и придавило убитой лошадью. У него на щеках и подбородке редкий светлый пушок. Скифы не бреются. Отсутствие растительности на лице считают привилегией баб и скопцов.
— Найди и приведи раненую лошадь, на которой он сможет доскакать до своих, — приказываю я Скилуру, после чего поворачиваюсь к пленнику, ровеснику моего «младшего брата», и говорю: — Передай своим соплеменникам, что, если они еще раз надумают напасть на Херсонесс, мы вместе с нашими друзьями таврами дадим вам достойный отпор, после чего новые черепа погибших скифов будут украшать жилища тавров.
По скифским верованиям тело без головы не попадет в их загробный мир, где в бескрайней степи пасутся неисчислимые табуны лошадей, а будет шляться по этому миру, разыскивая ее. Поэтому кочевники, убив знаменитого воина, тоже отрезали у него голову и делали из черепа чашу, из которой пили вино на пирах. Даже не сомневаюсь, что скифы не раз еще припомнят таврам осквернение тел погибших соплеменников.
Живя в разных экосистемах, они никогда не воевали между собой, если не считать мелкие стычки во время попыток тавров угнать скот. Теперь между ними кровь, отягощенная осквернением трупов — и это главный результат сегодняшнего сражения. Должно пройти очень много лет, прежде чем скифы простят и захотят вместе с таврами напасть на Херсонесс или любого другого общего врага. Так что фэн-шуй на оба ваших дома!
51
«Альбатрос» острым носом разрезает невысокие волны цвета бирюзы, приближаясь к африканскому берегу возле нового города Александрия.
Пока что нет знаменитого маяка, даже не начали строить, так что ориентируемся на высокие городские башни. Они еще не закончены и не соединены стенами, и складывается впечатление, что Александрию недавно захватили и разрушили. На самом деле она уже три года строится по жесткому плану архитектора Денократа. Как мне рассказали купцы, посещавшие Александрию, улицы в ней пересекаются под прямым углом, разделяя город на прямоугольные кварталы одного размера и на площади, кратные этим прямоугольникам.
Единственное исключение — царский дворец, которому отведена квадратная площадь в центре. На строительстве трудятся тысячи рабов, пригнанные сюда из Азии. Царь Александр все еще воюет, захватывает новых рабов и часть их посылает сюда, чтобы пополнить убыль. Тяжелая работа в испепеляющую жару при плохой кормежке быстро сводит в могилу. Говорят, что редко какой раб выдерживает больше года.
