Сколько стоит ваше сердце?

— Что это? — спросил Боган сварливои безадресно, просто надеясь, что хоть кто-то из его штабных советников даст ответ.

Может и дали бы… Но тут темные тяжелые облака, висевшие над холмом, словно их сюда согнали специально, вдруг засветились мягким, янтарным светом и в их глубине замаячила кривая, но узнаваемая… проекция парадного портрета Священного Кесара, которому какой-то богохульник пририсовал рога, усы и длинный, раздвоенный язык.

Дыхание Кимери перехватило. Отца он любил.

— Снять, — сдавленно скомандовал он, выбрасывая руку вперед и первым пришпорил коня.

Лошадь военначальнику подобрали лучшую, самую быструю и горячую. Он первым вылетел к холму — и первым убрался в замаскированную ловчую яму с кольями, которые, для гарантии, окунули в полуразложившиеся рыбьи потроха.

Остановить конную атаку сразу невозможно. Просто потому, что конь — это огромный тяжелый зверь весом больше двадцати таров, который несется со скоростью стрелы.

В первой же атаке корпус Кимери потерял своего командира и больше двух десятков славных воинов.

Тут бы им остановиться и подумать… Но тот, кому было положено думать — умирал на дне ямы, продырявленный кольями сразу в трех местах. Те, кому было положено видеть благоприятные и неблагоприятные моменты и остерегать воинов от опрометчивых решений — остались по ту сторону моря и ничем не могли помочь.

А те, кто был здесь, видели рогатого Кесара и могли думать лишь об одном — если они будут смотреть на это и ничего не сделают, то по возвращении их торжественно сожгут на площади.

На перегруппировку для второй атаки им понадобилась всего одна короткая клепсидра.

— Ваше Императорское Величество, — маркиз Лесанж поднялся с колена, опустил вскинутый к лицу локоть.

Рамер Девятый смотрел на молодого солдата, почти мальчишку и видел почтение — да, гордость от оказанной чести — два раза да.

Райкер был по-военному лаконичен: "Мой Император, пусть Кер не медля ни мгновения защитит Аверсум и Вас, в Южном нужен гвардейский полк и два мага-строителя. Всех Ласси казните по Валендорскому Закону. Да хранит вас Небо!"

— Арк верен себе, — то ли осуждающе, то ли восхищенно прицыкнул Рамер Девятый.