Сколько стоит ваше сердце?

Демоны… Да даже рассвет прошел почти незамеченным.

Люди жмурились, заслонялись ладонями, отворачивались… Эшери инстинктивно выставил щит против огненных заклятий — от света он тоже хранил.

Когда луч, наконец, иссяк, стало ясно, что вот прямо сейчас штурма не будет. Доблестные защитники трона сидели на земле с обалдевшими лицами, хлопали глазами, утирали слезы, осеняли себя кругом и ругались так, что, наверное, даже демонов в аду корчило от белой зависти.

Армия Его Императорского Величества Рамера Девятого была до смерти напугана.

Гонец от повелителя прискакал короткую клепсидру спустя и сунул маршалу записку, где монаршей рукой, прыгающими рунами было начертано: "Эшери, демоны тебя загрызи, что это было?!!!"

Кот усмехнулся и не отказал себе в удовольствии мелким, аккуратным почерком приписать: "Спасибо за доверие, мой Император. Демоны, может быть, и знают, я — пока нет. Как только выясню — доложу".

Рука самозваного маршала не дрожала.

Выяснить быстро не удалось — разведчики, фигурально выражаясь (а, может, и буквально) стирали портки и приближаться к стенам "демоновой крепости" отказывались наотрез.

Эшери еще раз пожал плечами и прибег к более могущественному заклинанию: пообещал сто золотых эров и дворянство тому, кто составит ему компанию. И, конечно, герои немедленно нашлись — так много, что пришлось тянуть жребий.

Иногда магия бывает изумительно проста…

Три всадника подъезжали к воротам Атры, спокойно, ни от кого не скрываясь, прямо по дороге.

Он просто держал мощный щит и на себе, и на двух своих спутниках, и на лошадях. С его почти бездонным резервом это было просто.

Первоначально план был такой — под прикрытием щита они двигаются, пока могут. Как только заклинание вступает в конфликт с благословением и рассеивается, они оставляют коней и подбираются к стенам Атры максимально скрытно.

Расстояние это было давно известно, вычислено… но миновали его, продвинулись дальше, потом еще дальше — а щит и не думал рассеиваться.

Похоже, загадочный голубой луч, чем бы он там ни был, сыграл на их стороне, смыв огнем все "благословения" со стен святого города.

Эшери повеселел, как человек, попавший в ловушку совершенно безоружным и уже готовый продать свою жизнь как можно дороже — и тут обнаруживший в углу отличную шпагу, забытую лохом-хозяином.