Сколько стоит ваше сердце?

С оружием тут ходили все: держать кинжал, узкий стилет или "рыбку" учились раньше, чем ложку, а из всей магии больше всего ценилось умение зачаровывать арбалетные болты на взрывы, поджоги, "песню горной собаки" — и прочие маленькие и большие радости человеков воюющих.

Собираясь на прогулку, Алета привычно пристегнула к бедру кинжал, сунула в левый рукав стилет. Еще один нож уютно устроился в кобуре на щиколотке, рядом с шелковым бантом от изящной туфельки, сшитой по последней моде Аверсума.

Все это Алета проделала совершенно машинально, уделив ножам столько же внимания, сколько юбке, жакету и пышной прическе. Для очаровательной дамы выйти на улицу без трех-четырех колюще-режущих предметов было бы так же странно, как появиться в обществе растрепанной или не накрашенной. Ей бы и в голову не пришло, что она делает что-то странное, не свойственное прекрасному полу.

Разумеется, обращаться со всем этим арсеналом, баронесса умела так же ловко, как с тридцатью двумя столовыми приборами.

Во дворе к ней уже спешили, но не для того, чтобы помочь сесть на лошадь. Чтобы попытаться задержать? Возможно…

— Баронесса, куда вы собрались с утра пораньше? — Цветочек была не прибрана, в домашнем платье, без огромного количества косметики и это странным образом сделало ее похожей на человека.

Но Алета не собиралась вестись на сентиментальность или родственные чувства. И того и другого в ней было — в наперсток не собрать.

— Сейчас уже за полдень. В "Мед Шавари", — ответила она, пожимая плечами и нетерпеливо поглядывая в сторону конюшен.

— Странный вопрос, — с легкой, ничего не выражающей улыбкой, Алета разгладила широкие, по моде, манжеты, — разумеется, для того, чтобы поохотится на дикого горного медведя, затем выкурить сигару и подумать о благе Империи и Императора.

Цветочек некрасиво открыла рот, пытаясь найти в ее словах правду или, хотя бы, смысл — то, чего в них отродясь не было.

— Тетя, я хочу выпить чаю с медовыми шариками, — сжалилась Алета, — Зачем еще ездят в кондитерскую?

— Но, дорогая, ты же с утра была такой уставшей…

— А сейчас отдохнула.