Сколько стоит ваше сердце?

…И пока они неторопливо пересекали двор и поднимались по широкой лестнице, небо над ними еще не раз взрывалось радугами.

До парадного крыльца новоявленные дипломаты и народные герои добрались, промокшие до белья…

— Святые Древние! — воскликнул новый хозяин города, местный уроженец, если судить по характерным выступающим скулам, — Здесь же, практически, пустыня. Как вы умудрились попасть под дождь?

— Благословение Гуадлаахе, — отозвался Эшери, — надеюсь, нам выделят комнату, чтобы мы могли привести в порядок одежду?

Комната мгновенно нашлась.

Она оказалась просторной, с двумя окнами, но почти без мебели.

— Вставай ближе, — велел Эшери, — просушу сначала тебя, потом себя.

Маршал снова был серьезен, но в глазах все еще плясали демоны саари, рожденные благословением Кайоры. Неожиданная ванна здорово подняла Коту настроение. Вот и пойми их, этих аристократов в неизвестно каком колене…

Маркиз встал напротив окна, поднял руки и немедленно ощутил дуновение приятного, теплого ветра.

— Что мы будем здесь делать? — спросил он, — просто ознакомим представителя Фиоля с текстом мирного соглашения, а если он не согласится подписать, пригрозим отвернуть башку?

— О, нет! — рассмеялся Эшери, — Все сложнее.

Но ненамного. В распоряжении дипломата всего три средства, ты запомнишь их легко: убеждение, компромисс и угроза.

— И все? — удивился Маркиз, с удовольствием ощущая, что одежда снова стала сухой и приятной, — Но, если все так просто, в чем же тогда состоит то самое пресловутое искусство дипломатии?

— В том, чтобы в каждый конкретный момент выбирать правильное средство.

Сейчас будет небольшой фуршет. Мы потолкаемся среди гостей и будем всем мило улыбаться.

— Этим — в особенности. Тебе придется намазать себе язык патокой с двух сторон. Что бы ты ни услышал и как бы сильно это тебя не возмутило, из твоего рта должен литься только мед, один мед и ничего кроме меда… Ну, в крайнем случае — сироп.

— Но что они могут мне сказать? — пожал плечами Маркиз, — мы ведь не знаем друг друга…

— Может быть. А возможно им что-то о тебе известно.

Возможно, даже многое. Я не удивлюсь, если наши противники пройдутся по прошлому твоей матери. К примеру.

— И что, я должен буду им это спустить и спокойно утереться? — ощетинился Маркиз.

— Безусловно — нет. Ты должен их осадить. Но при этом умудриться облечь свою мысль в самую мягкую форму и — чтобы она произвела самое жесткое впечатление.

— Это будет сложнее, чем резать отряды Демона.

— Держись. Последний легкий день был вчера.