Сколько стоит ваше сердце?

И хотел бы забыть, да такое не забывается.

Марк ладонью поманил голубой огонек поближе, с замиранием сердца открыл книгу… Вот ведь, Бездна, когда лез сюда на совершенно сумасшедшей высоте, и то так сердце не ёкало…

Но первым делом он нашел не свое имя. Это — терпело. Да и… Если все получится как надо, будет уже не важно, что тут понаписано.

Ему была нужна одна запись. Она касалась не его, а Севе Халида, воспитанника из народности цаххе. Бродячего фокусника. Немного мага, как и почти треть воспитанников. Чуть-чуть вора, как они все — а как еще прикажете выживать на улице? В общем, нормального парня, своего.

Который попался под горячую руку жрецу Святых Древних с куском хлеба до молитвы.

Ну да, нельзя. Сперва пища духовная, а потом — телесная. Но Севе накануне остался без ужина и терпеть до завтрака не было никаких сил.

Интересно, как жрец записал нарушение. Если просто "неприемлемое поведение", то еще ничего, не страшно. А вот если…

Марк вчитался в корявые строчки "святого" человека и тихо, сквозь зубы, выругался.

"Попрание святынь и хула на алтарь". Хуже не придумаешь. За это светила даже не Рахта, а колодки, урезание языка клеймо и каторга.

Хорошо, что мэтр Габрио этого пока не видел. Взял после уроков Классную Книгу, и отправил в Пожарную Башню, как всегда, с доверенным слугой. Неграмотным. Специально такого брал, чтобы старшие воспитанники не подкупили, да не узнали раньше времени, что про них в Книге написано.

"Попрание святынь…", значит. Тебя бы самого, зараза толстомясая, попрать в филейную часть так, чтобы все Святых Древних за раз вспомнил.

Однако, вовремя же Марк сюда залез. Уже завтра было бы поздно. И, значит, подготовился он правильно.

Любопытство все же победило, и Марк перелистнул несколько страниц, ловя глазами свое имя. Вот оно…

Вчитался. И — не поверил своим глазам. Даже потер их, думая, что перепутал строчки. Или внезапно перестал узнавать буквы.

Мэтр Габрио отзывался о нем очень хорошо. Да и остальные мэтры, от которых он все эти два года с половиной не слышал ничего, кроме порицаний.

Оказывается, "Сей отрок весьма старателен и прилежен, науки постигает усердно, даже те, кои даются ему тяжело. Впрочем, таких немного: Молитвослов и Этикет".

Марк перекинул еще несколько толстых, шершавых листов.

"Юнец, именуемый Марком, делает большие успехи в логике, фортификации и военной подготовке. Тако же и в магии, каковую он осваивает вполне успешно, несмотря на невеликий, святыми положенный дар.