Сколько стоит ваше сердце?

Марк широко улыбнулся. Все же логика — великая вещь, королева наук! Как поступить, он ни мгновения не сомневался и так… Но сейчас, подумав немного, он понял, что прав не только сердцем, но и головой. И хороший, честный поступок ему еще и выгоден.

А это значит, что никогда, что бы не случилось впоследствии, он о нем не пожалеет. И не сдаст назад.

Марк вытянул руку перед книгой и тихонько, на пределе слышимости, шепнул:

Книга слегка прошелестела страницами, словно ответила. Марк кивнул, для проверки открыл ее в нескольких местах и, захлопнув, поставил на место.

Теперь — вниз. Тем же путем. И воспитанно претворить за собой ставни…

На следующий день занятия в приюте Змея были сорваны. Школа гудела, как гнездо шершней, которое случайно сбили на землю. Первый урок отменили, но из классной комнаты никого не выпустили. И вот двенадцать мальчишек сидели под суровым взглядом доверенного слуги и с напряжением ждали, что же будет дальше, выдвигая самые странные версии.

Спокоен был лишь Марк. Он-то доподлинно знал, что именно случилось.

Как показали дальнейшие события, он тоже знал далеко не все… но общее направление уловил.

Мэтр Габрио, живой и вполне здоровый, в сопровождении учителя магии мэтра Харви вошел ближе к концу урока. Пройдя на середину класса, он обвел мальчишек привычным, тяжелым взглядом, заставляя припомнить все свои прегрешения, истинные и мнимые.

Народ реагировал по-разному. Кто краснел и опускал глаза, кто начинал ерзать, кто разворачивал плечи смотрел на мэтра и демонстративно и нагло. Марк глядел всего лишь внимательно.

— Господа воспитанники, — глухой голос мэтра был спокоен, но это как раз ничего не значило. Он всегда был спокоен, — у нас случилось чрезвычайное происшествие. Испорчена Классная Книга.

Народ, натурально, обалдел и запереглядывался. Кое кому это нерядовое известие здорово подняло настроение.

— Но, мэтр, — худенький Юхан Стансер порывисто встал, — как это могло случиться? Ведь Классная Книга защищена магией? Ее нельзя сжечь, разрезать или испортить каким-либо другим способом.

— Вы совершенно правы, воспитанник Стансер, — подтвердил он, — книгу нельзя сжечь или разрезать. Но… ее можно очистить. Бумага дорогая, а наша школа не самая богатая школа Аверсума.