Сколько стоит ваше сердце?

Вероятно — похищена. Требований о выкупе пока не поступало, но все портальные точки взяты под наблюдение.

— Вот как, — вежливо удивился Эшери, — это печально. Передайте уважаемым родителям мои соболезнования и надежды, что все разрешится благополучно. Полагаю, дороги и порт тоже закрыты?

— Это секретная информация, — голос капитана стал суше.

— Тем не менее, я имею право не ставить вас в известность о личности моего спутника. И, с вашего разрешения, я этим правом воспользуюсь. — Эшери нетерпеливо разгладил широкие манжеты.

— Без "но", любезнейший, — оборвал его Монтрез, — его императорское величество предоставил мне полное и абсолютное доверие. Рекомендую и вам поступить точно так же. Ваша лояльность будет отмечена и, возможно, даже вознаграждена.

— Да? — с сомнением протянул капитан, — что-то не очень верю. Я служу Империи и Императору уже третью "десятку", и все, что получил в награду — пост капитана в такой дыре, где пастухи и разбойники считаются изысканным обществом. Что ж… ваш спутник с вами?

— Она подойдет немного позже.

— Это женщина. Вас ведь это не удивляет? Некоторые приказы императора может выполнить только женщина.

— Вам виднее, — пожал плечами капитан, — наверное, чем меньше я об этом знаю, тем лучше. Наш маг настроит зеркало на Аверсум, а вы, пока ждете свою спутницу, можете воспользоваться моим скромным гостеприимством. Разносолов не обещаю, но свиные ребрышки сегодня вполне удались. Ваша спутница пожалует одна, или…

— В сопровождении, безусловно. Кайора не самый безопасный город для дам.

Раскланялись они очень вежливо и почти по придворному.

В трапезной было пусто. Время обеда миновало, для ужина было еще рано, а большинство солдат, тех, кто не нес караулы внутри городка, патрулировали город, пытаясь поймать неуловимую Алету, которой, как надеялся Эшери, уже давно не было на этом континенте.

Подавальщица принесла тарелку свиных ребрышек с земляными яблоками. Незаметно Эшери провел над ней ладонью. Яда не было. Но какое-то воздействие точно было. Его собственный, внутренний детектор, определил его как "условно враждебное".

Со своей подготовкой, Эшери мог спокойно употребить внутрь большинство известных ядов и прочих "условно враждебных" зелий в любых сочетаниях. Все, что ему грозило — легкое расстройство желудка.

Но навернуть тарелку ребрышек, а потом, как ни в чем не бывало, заявиться в портальный зал, значило бы прямо заявить, что он маг — и не слабый.

— Красавица, — позвал Эшери.