Скрытые намерения

Или мама прикрикнет на него самого, чтобы он сидел прямо и не горбился. Но, конечно, это совсем не то, что мама имела в виду.

– Может, еще немного почитаем, пока ждем папу?

– Хорошо, – мгновенно согласился он, пока она не передумала.

– Давай сюда. – Мать похлопала по дивану рядом с собой.

Нил запрыгнул на диван, сразу привалившись к ней. Был только один правильный способ почитать вместе мамой – уютно устроившись у нее под мышкой, когда она еще крепче прижимала его к себе, окутывая своим теплом. Мать наклонилась к столу и, взяв книгу, перелистнула несколько страниц.

– На чем мы в тот раз остановились? – спросила она.

– Когда Алиса стала очень маленькой, а потом убежала от щенка. – Нил прикрыл глаза, представляя себе Алису, пробирающуюся сквозь высокие стебли травы. Он всегда мог живо вообразить себе все, что читала ему мама.

Найдя нужную страницу, мама начала читать. Алиса только что встретила гусеницу, которая курила кальян.

– А что такое кальян? – тут же спросил Нил.

– Это такая штука, которую курят.

– Нет… Больше похоже на трубку, – неопределенно ответила мама. Откашлявшись, она продолжила чтение: – «И вот наконец гусеница вынула кальян изо рта и обратилась к ней томным, сонным голосом…»

– А что значит томным?

– Ну, вроде бы как вялым.

– У гусеницы была слабость? Она болела?

– Нет, я так не думаю.

– Наверное, она разболелась, потому что курила. В школе говорили, что от сигарет можно заболеть.

– Наверное. А теперь дай-ка мне почитать. «“Кто ты?” – спросила гусеница».

Мать изменила голос, изображая гусеницу, сделала его густым и раскатистым.

Дрожь восторга пробежала у него по шее. Это было то, что он больше всего любил, когда мать читала ему, – как она изображала разные голоса. Нил уже и сам умел читать, но пока это было трудно, и у него не получалось подражать всяким голосам, как у мамы.

Мать продолжала читать – Алиса и гусеница разговаривали друг с другом. Голос Алисы был писклявым и детским, а у гусеницы походил на голос учителя физкультуры Нила.

А потом, посреди этого разговора, вошел папа.

И сам воздух в комнате, казалось, вдруг изменился.

Иногда, раз в неделю или две, папа приходил домой жутко злой. Вот и сейчас Нил сразу понял это по тому, как тот захлопнул за собой дверь и бросил свою сумку на пол. А также по тому, как напряглась мама.

– Привет, милый, – сказала она, и голос у нее прозвучал почти как у Алисы в книге. Слишком уж высоко и пискляво. Не похоже на обычный мамин голос. – Рада, что ты дома, – ужин уже готов.