Скрытые намерения

Теперь там появился кто-то еще – мужчина, застывший в дальнем конце комнаты. Секретарша стояла на коленях на полу возле телефона, разбитого Шляпником, безвольно держа трубку. Альма беспорядочно мотала пистолетом взад-вперед между мужчиной и секретаршей.

– Положи трубку! – сдавленно выкрикнула Альма. Лицо у нее было бледным, глаза широко раскрыты от страха, рука ходила ходуном.

Гусеница шагнул к ней, направив пистолет на мужчину. Бросил взгляд на дверь, через которую тот только что вошел. Директорский кабинет.

– Ты… – Он старался, чтобы его голос звучал ровно.

Мужчина с вялым и бледным лицом прислонился к стене, уже подняв руки.

Взглянув на секретаршу, Гусеница приказал:

Та уставилась на него. Изо лба у нее сочилась кровь, а в том месте, куда пришелся удар Шляпника, набухал отвратительный фиолетовый синяк. Казалось, она его не слышала.

– Вставай! – снова рявкнул он, направляя на нее пистолет.

Секретарша вскочила на ноги.

– Иди вон туда. – Гусеница мотнул головой на директора. – Встань у стены.

Он и сам не знал, что делает, но надо было сохранять контроль над ситуацией, пока все не стало еще хуже. Нельзя было допустить, чтобы эти люди кому-нибудь позвонили. Чтобы выдали их местоположение, дали их описания.

Альма тяжело и быстро дышала. Голос ее звучал так, будто она вот-вот расплачется.

– Ну и что теперь делать? – проскулила она. – Что же теперь делать?

У Гусеницы не было на это ответа.

– Шляпник, давай сюда! – крикнул он.

Ответа не последовало.

– Шляпник? – Он выглянул в коридор.

Тот бесследно исчез.

Уже за квартал от школы движение полностью остановилось. Опять завыла сирена Карвера, машины вокруг него попытались освободить место, но деваться им было некуда. Он загнал свою машину на тротуар и заглушил мотор.

Бронежилет лежал в багажнике, и Карвер быстро надел его, затянув ремни. Десятки глаз смотрели на него из неподвижных машин на дороге, и он заметил несколько мобильных телефонов, направленных в его сторону.

Карвер побежал по улице, едва ощущая тяжесть жилета, упругое уханье сердца в груди и обжигающе холодный воздух, врывающийся в легкие при каждом вдохе. Вскоре заметил всполохи мигалок впереди – патрульную машину, которая прибыла в этот район раньше него.

Из главной двери школы сплошным потоком высыпа́ли дети – лица искажены паникой, испуганные крики далеко разносятся по ветру.