Он пригласил меня покататься вечером на лодке по озеру. Почему же я ответила отказом на его невинное предложение? Интересно, как там сейчас Ионатан. Давно он уже не приезжал к нам. Он сказал, что очень занят по вечерам. Может быть, у него появилась девушка? Нет, не могу в эта поверить. Хотя, мне кажется, что у него есть какая-то тайна.
Конечно, мальчики предлагали мне пойти в кино и тому подобное. И мне не трудно было ответить им отказом. Но Йоаким…
Йоаким так красив, но я люблю его не за это. У него совсем не такой характер, как у остальных сыновей Абеля.
Я могла бы любить его. Но не так, как это делают все. На это я не способна. Поэтому мне и страшно. Я думаю и думаю о том, что же мне делать. Поэтому я и не могу заснуть всю ночь».
Одиночество Карине было безграничным. Она жила в постоянном кошмаре, с отчаянием замечая, что ее неспособность чувственно любить мужчину с каждым годом усиливается. Она будет холодной и мертвой, как камень.
Еще одна бессонная ночь. Еще один день в школе. Она не способна следить за ходом урока, не может преодолеть сонливость.
И снова встреча с Йоакимом за завтраком и за обедом, и снова ей придется принимать безучастный вид, хотя сердце ее просто разрывается от любви и тоски. Но она может ему дать только духовную любовь. А он заслуживает большего, этот прекрасный Йоаким.
Если бы она могла умереть! Но у нее не хватает для этого мужества.
4
На праздники Иосиф приехал домой.
Мари сразу же пришла в радостное возбуждение. Иосиф был на два года старше ее, и до этого они постоянно вели полунепристойный диалог, полный двусмысленных намеков.
Этот вид общения был чрезвычайно занимательным, без откровенного флирта, но достаточно опасный. Абель Гард, с его наивностью, был озабочен тем, что они постоянно препираются. Криста лучше понимала, в чем дело, и тоже была озабочена – но куда более реальными проблемами.
Ее не было в комнате, когда Иосиф равнодушно, как бы мимоходом, сказал Мари:"
"– Я думаю пойти на сборище. Хочешь пойти со мной или тебе лень?
– Приятно об этом слышать, – сказал его отец, прежде чем Мари успела что-то ответить.
И он даже не предполагал, что есть еще один вид сборища, светский, когда молодежь собирается, чтобы потанцевать. Официально объявлять танцульки, конечно, не разрешалось, но молодежь все равно собиралось тайком, зашторив окна.
Мари небрежно повела плечами.
– Если маленький мальчик не решается пойти туда один, я готова отвести его туда за ручку, – сказала она.
