Дальше наш разговор проходил по принципу «обо всем и ни о чем одновременно». Мы обсуждали и погоду, и мою новую работу, и пробки, которые я собираю, пока добираюсь до этой самой работы. Марку в переписке удавалось расспросить меня буквально обо всем, при этом всегда отвечал так, словно ничего и не сообщал.
– Ты сегодня не собран, – Виктор делает замечание, когда покидает переговорную вместе с Марком.
Он заметил, что друг его почти не слушает и не принимает участие в совещание, где ведущую роль пришлось взять на себя Никольскому.
– Может уже уберешь телефон? С кем ты там переписываешься? Хотя, я догадываюсь. Валерия? – язвит он.
– Как всегда угадал, – просто соглашается Марк, убрав смартфон в карман пиджака, при этом по обыкновению игнорируя недовольство друга.
– У тебя все на лице написано, – холодно замечает Виктор. – Пойдем в твой кабинет. Есть разговор.
– Надеюсь, не очередные нравоучения? – Марк готов взмолиться, чтобы Вик перестал его поучать.
– Они самые, в том числе, – для Никольского в удовольствие поучать друга.
Через пару минут они заходят в огромный и мрачный кабинет Марка, при этом Вик просит секретаря, чтобы их не беспокоили.
– О чем разговор? – спрашивает Марк, усаживаясь на кожаное кресло, напротив которого устраивается и Виктор.
– Во-первых, поведай, что ты творил позавчера на дороге? Мои ребята чуть не догнали твою машину, – Виктор припомнил, как ему доложили об опасных маневрах Громова. – Мы вроде договаривались, что ты больше не будешь лихачить.
Оставь Левину опасное вождение, он этим себе на хлеб и развлечения деньги зарабатывает.
– Попроси своих ребят, чтобы не преследовали меня так открыто. Кто-то тоже может догадаться об охране, – Марк раздражен тем, что его опекают, но вынужден терпеть решения Никольского.
– Ты о Валерии? Не думаю, что она догадается. Не такая внимательная, как хотелось бы.
– Только не говори, что и ее пасут твои ребята? – раздражение нарастает.
– Приходится, – просто отвечает Виктор, поправляя очки.
– Сам вынуждаешь меня идти на подобные меры.
– Я сам могу позаботиться о Лере, – холодно говорит Марк, отправляясь к шкафу с виски. – И он не заинтересуется ею.
– Откуда такая уверенность? – Никольский не доверяет девушке. – Меня больше интересует, настолько ли она проста, как кажется. Или ведет с тобой игру.
– Вик, не переходи черту, – раздражено предупреждает Марк друга.
– Я не перехожу, – голос Виктор звучит не менее раздраженно.
