Сквозь огонь

– Грум сказал, если я пожелаю, Торвард сделает меня своим наследником, – задумчиво проговорил Ререх. – Ты не об этом ли?

– Торвард мне это тоже предлагал. Какая в этом слава? Ярлство в Геталанде под рукой свейского конунга? Да и того еще ждать годы и годы. А когда дождешься наследства, придет кто-то посильнее тебя, утомленного ожиданием, и все ожидаемое вырвет. С кровью. Причем твоей кровью! Никто тебя не защитит, и сам конунг станет на сторону победителя, потому что этот конунг захватчика и «благословил».

– Так было с твоим отцом? – внезапно спросил Ререх.

– Значит, ярлство у свеев мне предложили после твоего отказа? – уточнил Ререх.

Вот это уже совершенно лишнее. Мало ли куда толкнет княжича ущемленная папой гордость? Не хватало еще, чтобы он и на Сергея обиделся.

– Торварду нужен сын, – спокойно ответил Сергей. – Ему думалось: уговорить меня будет легче, чем тебя. Но это было невозможно. Моя судьба связана не с ним, княжич. Она связана с тобой. Так сказал Избор. Да я это и сам знаю.

С того мгновения, как я тебя увидел. Я горжусь, что стал воином рядом с тобой! Ты поднял меня, поставил одесную. И это твоя мудрость, ведь двумя ладонями можно зачерпнуть много больше славы, чем одной. И мы – зачерпнем!

Это был ответственный момент. Поставить себя вровень с тем, кто помнил тебя мальчишкой-рабом.

Ререх ответил не сразу. Долго смотрел, прищурясь…

– Не знаю почему, но я тебе верю, – наконец сказал он. – Доверяю больше, чем старшему брату. Знаешь что: я дам тебе корабль.

Один из тех, что ты добыл для меня осенью. Корабль, дружинников и Прастена-кормчего. Но подготовишь к походу ты его сам. Согласен?

Еще бы он был не согласен!

Но вслух Сергей сказал другое:

– Благодарю, брат! Я никогда не забуду, что первый драккар дал мне ты! Даже когда под моим знаменом будут десятки кораблей, все они будут идти рядом с твоими!

Ререх покачал головой:

– Ты так веришь в свою удачу, Вартислав?

– Ага! – Сергей засмеялся. – А как же иначе! И не только в свою. В нашу!

Очень вовремя они поговорили.

Потому что на следующий день, когда белозерский князь собирал ближнюю гридь на совет, разговор пошел совсем в другом ключе.

С четким форматом: «Трувор главный, и это не обсуждается».

Не переговори Сергей вчера с Ререхом, тот бы непременно вспылил. А так просто слушал папины наставления и даже не ухмылялся. Чем Стемида, судя по всему, здорово удивил. Князь явно рассчитывал на бунт, который можно было сразу и подавить. В зародыше.