Сквозь огонь

А ты кто таков?

Удачно получилось, что именно сегодня Сергей решил пробежаться, попутно возглавив передовой дозор.

Свеям, к примеру, куда сложнее было бы ответить на этот заданный на словенском вопрос.

– Не далеко ли от дома забрели? – еще больше нахмурился гридень.

Грубо. Мог бы и представиться.

– А тебе что за дело? – тут же ощетинился Сергей.

– А то, что земли эти – Великого Новгорода!

Тут он прав. Новгородские это земли. Задели их краем. Тем не менее, ходить тут можно всем, в том числе и не имеющим новгородской «прописки».

Тракт свободен. Или за эти недели, что Сергей провел вне дома, князь Стемид успел спесивым новгородцам рыльце подрихтовать?

– Которого из концов? – насмешливо поинтересовался Сергей.

Гридень, похоже, растерялся, но ненадолго:

– Всех! Отвечай, коли спрашиваю!

И коня вперед двинул.

Конь, впрочем, обычный, не боевой. Мохнатая рабочая лошадка.

– Тебе? – прищурился Сергей от бившего в глаза солнца. – С чего бы? Вот если бы Прокуй Перятыч меня спросил, тогда б я ответил… Может быть.

А ты, вой, рылом не вышел вопросы мне глупые задавать.

Упоминание имени Олегова наместника в Новом Городе смутило гридня. И разозлило.

– С нами пойдете! – заявил гридень.

– Сам сказал, что на вопросы только наместнику отвечать станешь. Вот к нему и пойдем.

Любопытно, что он скажет минуток через пять, когда основной отряд подтянется?

– А знаешь ли ты, гридь, за что я вас, новгородцев, люблю? – поинтересовался Сергей, стягивая с левой руки рукавицу и суя ее под ремень.

– А за то, – Сергей погладил теплой рукой гридневу лошадку по храпу, – что весело с вами. Знаешь сказку о смерде, который мишку голым задком пугал?

– Не знаю, – буркнул гридень.

– Зря. Ты сейчас как тот смерд. Только у того задница лысая была, а у тебя – с бородищей. Разве не смешно?

– Это ты меня оскорбил сейчас? – процедил гридень.

– Да разве? – Сергей снова погладил лошадку, невзначай прихватив нащечный ремешок. – Что оскорбительного в том, чтобы назвать мишку мишкой, а зад задом?

Он теперь стоял по левую руку гридня.

Почти вплотную. Можно и сапогом пнуть, если ногу из стремени вынуть.

Но гридень пинать не стал. Он чуял нехорошее. К тому же, как и большинство северян, драться предпочитал пеше. А если конно, то хотя бы на подходящей для копейного удара дистанции. Потому он рефлекторно подал коня назад… Попытался подать. Но Сергей придержал.

– Не уходи, – сказал он. – Мы не договорили. И ты не назвался. Это нехорошо.