Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Их особенно не устраивал последний элемент этой триады: они продолжали воспринимать народность не в великоросском, а исключительно в малороссийском стиле, мифологизировали казачество, местный фольклор и нравы. Не ограничиваясь этим, окунулись в политику, вынашивая замыслы о славянских национальных республиках со всеобщим избирательным правом. Российское правительство, напуганное революциями, прокатившими в 1848–1849 годах по Европе, уже не могло снисходительно взирать на кирилло-мефодиевские увлечения. Правда, на фоне масштабов гонений на наших староверов нельзя сказать, что с украинскими вольнодумцами обошлись сурово.

Костомаров год отсидел в Петропавловской крепости, потом его отправили в ссылку в Саратов, а по возвращении вообще оставили в покое. Кулиш только два месяца провёл в арестантском отделении военного госпиталя, после чего оказался в Туле. Гулаку досталось больше: три года под следствием и пять лет ссылки в Приморском крае. Хуже всего обошлись с Шевченко, у которого нашли стихи, оскорблявшие царских особ: он задержался на десять лет в Оренбургском полку.

По окончании злоключений соратники съехались в Петербург и с группой украинской молодёжи начали издавать ежемесячный журнал «Основа». Украинофильство шагнуло из тесных рамок братства в общественную жизнь. Главные публикации издания писались на русском, а беллетристика, стихи и рассказы на малороссийских наречиях. В это же время получил распространение и «украинский гимн» «Ще не вмерла Украина», сочинённый П.П. Чубинским в подражание польскому.

В начале 1860-х выходит трёхтомник «Основы истории Польши, других славянских стран и Москвы» полонизированного малороссийского публициста Ф. Духинского, открыто развивавшего идеи, бродившие в журнале «Основы», о том, что «москали» не имеют никакого отношения к славянству.

После очередного польского восстания 1863 года власти вознамерились одёрнуть «украинофилов». Указом министра внутренних дел П.А. Валуева от 18 июля 1863 года запрещалась публикация книг на украинском языке.

Документ отражал опасения, что украинские дали рано или поздно приведут к сепаратизму. «Незалежные» историки расценивают указ как свидетельство подавления национального выбора, забывая, правда, что его действие носило временный характер: к началу 1870-х всё опять вернулось на свои места, и пропагандистские возможности появились вновь. Теперь они концентрировались вокруг открывшегося в Киеве Юго-Западного отделения Российского географического общества.