Славянский викинг Рюрик. Кровь героев

Сначала растащили старые бревна и разбросали землю. Затем новый дубняк, обрубленный, ошкуренный, уложили рядом друг с другом, связали поперечными балками и завалили землей, которую утрамбовали, а с внешней стороны завалили большими камнями. Подобным образом разместили второй ряд, но только бревна расположили поперек предыдущих. Так возводилась вся постройка, пока стены не достигали надлежащей высоты. Это сооружение имело довольно приятный и разнообразный вид, но, главное, было надежным укрытием, так как от огня защищалось камнями, а тараном невозможно было ни пробить стену, ни вытащить отдельные бревна.

Гостомысл во время одного из посещений племени бодричей рассказал, что восточные славяне строят городские стены по-иному. Они сначала изготавливают срубы, ставят их плотно друг к другу и засыпают землей. И тут же добавил, что хоть стены они воздвигают быстрее, чем бодричи, но получаются они не такими надежными: их легко поджечь, разбить тараном, а порой они сами разваливаются из-за ветхости. Так, однажды на его глазах вышел презабавный случай: во время обороны одного из городов бревна обвалились, и земля потекла в ров вместе с людьми и оборонительными машинами.

Нападавшие подумали, что против них была применена какая-то хитрость, и в панике дали деру… Вместе с новгородцами посмеялись тогда бодричи над незадачливыми вояками, но все единодушно решили, что хоть и большего труда требует возведение стены поперечными рядами, но она гораздо надежнее новгородской. Чтобы крепостное сооружение обвалилось само собой, такого просто быть не могло!

Когда оборонительные работы были в самом разгаре, в город вошел отряд Микелича.

У Годлава упало сердце: и раньше старейшина не отличался качеством вооружения своих воинов, но на этот раз он, кажется, превзошел самого себя: из полутора сот человек только десяток красовались в кольчугах, остальные же носили кожаные доспехи, у многих были старые, побитые щиты и потрепанные шлемы.

Микелич, спотыкаясь на ровном месте, побежал к Годлаву, на ходу придерживая висевший на широком ремне прямой меч, с преувеличенной подобострастностью стал частить словами:

– Так что мы очень спешили, князь, так спешили, что прибыли вовремя, а, кажется, даже опередили многих, стало быть, не зря старались-собирались…

– Явились-то вы, может, и первыми, – медленно растягивая слова и стараясь не показать, как заискивающее внимание старейшины претит ему, проговорил Годлав.

 – Да вот только вооружение-то у вас, прямо скажу, никудышное.