След бури

На удивление, тот не отозвался жжением или болью, а остался безучастным. Может, это всего лишь Зорен тогда послал жуткое видение, а теперь, пока отходил от нанесённых Младой увечий, не мог причинить вреда? Кто знает, какая сила хранится в этой вещи, и насколько она связана с волхвом. Это Кирилл и хотел узнать. Но позже…

Сейчас нужно было хоть немного отдохнуть, дать телу расслабиться. Сколько успеется, пока не случилось ещё что-нибудь столь же скверное, как и все события последних дней. Постель встретила обволакивающей мягкостью перины и лёгким запахом пыли.

Кирилл перевернулся на спину и раскинул руки, как в детстве, когда удавалось сбежать из-под надзора отца и носиться по полям, нагретым солнцем, дышащим горечью полыни и сладостью таволги. Когда можно было часами лежать в траве и смотреть в небо. Наблюдать, как с сердитым жужжанием проносятся над головой стрекозы, замирая на мгновение и ловя тёплые лучи прозрачными крыльями. Как плывут облака, расползаясь, меняя очертания.

Тогда было хорошо. И светло.

А сейчас сплошная темень, как теперь за окном, и будет ли когда просвет — неизвестно.

Глаза слипались, и как бы Кирилл ни старался, поднять веки уже не смог. Долгожданная спасительная мгла обволокла, поглощая все тревоги. Но, казалось, только стоило смежить веки, как кто-то словно впился острыми когтями в чёрную ткань сна и разодрал её на части с оглушительным треском.

Но то был не треск, а голос стражника, который несмело пытался дозваться Кирилла. Парень говорил негромко и даже застенчиво, но и уходить, видно, не собирался.

На улице уже совсем стемнело, и горящая на столе лучина почти не разгоняла заполнивший комнату мрак. И невозможно было понять, насколько сейчас поздно. Скоро ли рассвет, или сон был не так уж долог? Кирилл, всё ещё плохо соображая, что происходит, сел и потёр глаза. Часовой замер, взявшись за ручку двери, словно ждал, что его сейчас выгонят. Да, это не тот стражник, что был вечером. Караул уже сменили — значит, дело к утру.

Но кого винить в том, что сон прервали? Точно не часового или того, кто пришёл.

Кирилл сам был виноват — не дал распоряжения, чтобы никого не пускали.

— Что нужно? — он повернулся к тихо сопящему парню.

Тот вытянулся, расправил плечи.

— Хальвдан хочет поговорить. С ним ещё…

— Пусть заходит, — прервал его Кирилл.

Видно, что-то срочное, раз верег пришёл ночью, да ещё и не один.

Стражник торопливо поклонился и исчез за дверью. Тут же в светлицу грубо втолкнули Гесту, а за ней — Квохара.