След бури

Ждан подтаскивал ему всё новые чурки, а староста без устали орудовал увесистым колуном и только иногда останавливался, чтобы утереть выступивший на лбу пот, и щурился от попадающего в глаза снега.

Открылась калитка; на ходу кивнув Ратибору, через двор прошёл Радим, и через мгновение изба наполнилась шумом. Захныкал маленький брат Ждана, Переслава забормотала что-то успокаивающе, и тут же хлопотливо загремела плошками, тихо переговариваясь с кметем о каких-то пустяках.

Млада скинула покрывало, под которым просидела всю ночь, погладила Рогла по всклокоченной макушке и вышла.

Как момент не оттягивай, а уезжать всё равно придётся. Скоро вся семья старосты собралась за столом, чтобы проводить гостей. Прощание вышло скомканным. И когда утренние сумерки полностью растворились в тусклой серой хмари, Млада с Радимом выехали из ворот и бодрой рысью пустили коней через деревню в сторону Кирията.

Снег расходился всё сильнее, наст хрустел под копытами кобылы. Она то и дело поскальзывалась на замёрзших лужах и недовольно прядала ушами.

— Слыхала, аль нет? — нарушил долгое молчание Радим, придержав своего жеребца. — У нас же такое случилось в детинце. Виген погиб. Аккурат накануне, как мы из похода вернулись. Жалко мужика.

Он поморщился и отёр снежинки с усов. Млада встрепенулась, но ответила не сразу, размышляя над услышанным. За это время кметь успел снова уехать вперёд.

— Как так? — Она догнала Радима. — Чтобы Виген погиб? У него ведь, поди, и на затылке глаза были.

— Поговаривают, убили его, — пожал плечами тот.

 — Слухи по дому гуляют, хоть князь и пытается всё скрыть, чтобы не трепали лишний раз. Да разве от наших кумушек что утаишь? Хальвдан как ошпаренный два дня бегал то в посад, то обратно, то со стражниками, то один. Не знаю, разузнал ли что-то…

Убили. Млада невольно поёжилась. И кому мог помешать начальник стражи? Встретил случайно какого лиходея? Или вынюхал про кого что-то непотребное? Да и всё равно. За какие-такие тайны можно просто так убить столь важного для князя человека? Хотя… Млада с всё возрастающей внутри горечью вспомнила заказы, которые порой приходилось выполнять.

Людям не нужны серьёзные причины, чтобы желать кому-то смерти. Они становятся самыми гнусными тварями, если перейти им дорогу в ненужный час. И правителей, случается, убивают так легко, будто они — обычные бродяги в переулке.

Радим некоторое время смотел на Младу, видно, ожидая новых вопросов, но она смолчала. Нечего тут обсуждать.