След бури

Здесь стояло несколько столов, круглых и небольших, рассчитанных всего на двух-трёх человек. Но они пустовали. Все, кроме одного. На нём и горела единственная лучина.

Там сидел человек в ничем не примечательной одежде — такую можно увидеть на любом горожанине: плотная суконная свита, да поверх неё видавший виды плащ. Лицо мужчины скрывала тень, падающая от капюшона. Он задумчиво крутил в руке изрядно побитую глиняную кружку и разглядывал содержимое, словно там было что-то более занимательное, чем пиво или вино.

Геста вопросительно посмотрела на Щуку, но тот молча указал взглядом на незнакомца и быстро вышел; занавеси колыхнулись ему вслед. Мужчина всё так же не выказывал никакого интереса к Гесте. Будто и не заметил вовсе. Она чуть помедлила и приблизилась к нему, села напротив. Несколько мгновений просто его разглядывала. В его облике необычными были только перчатки, искусно сшитые, обтягивающие довольно изящные для мужчины руки. Словно он не хотел открытой кожей касаться никаких вещей здесь — а потому снимать их не спешил.

— Здрав будь… — решила поприветствовать его Геста, но слова застряли в горле.

Мужчина поднял голову. Его смуглое лицо до носа было скрыто чёрной повязкой, и лишь тёмные глаза с золотыми искрами, как два кинжала, блестели в полумраке.

В тесном тёмном зале пахло пылью и затхлостью. Знать, редко когда здесь появлялся живой человек. А уж та служанка, которая последний раз возила тут по полу мокрой тряпкой, верно, давно уж померла от старости. С тех же пор за уборку как будто ни разу не брались.

Только со столов смахивали время от времени. На стенах под непонятно откуда взявшимся сквозняком покачивались занавеси из когда-то богатого ариванского бархата, кроваво-красного, тяжёлого и плотного. А теперь они больше походили на изношенные тряпки и не только не добавляли залу торжественности, но выглядели так, будто он был увешан шкурами кудлатых дворовых псов.

По всему видно, что в Кирияте Гильдия не в почёте и в услугах арияш никогда и никто не нуждался.

Счастливо живут. Здесь люди и мыслят-то по-другому, у них свой уклад, который с ариванским не всегда в один узел увяжется. И потому-то Гильдия, вполне себе процветающая на юго-востоке и западе, протянула руку на север не столь уж давно.

Ставр тяжко вздохнул, осматриваясь, и снова опустил взгляд в кружку. На самом донышке ещё бледно золотилось дешёвое вино. Пахло оно вовсе не виноградом с южных земель, а перебродившими мочёными яблоками.