След бури

Ставра на миг даже кольнуло любопытство, что такое на самом деле произошло между ней и Младой, раз она пришла сюда, на паршивый постоялый двор, куда честному люду лучше не соваться. А уж родовитой девушке и подавно.

— Ты знаешь цену моих услуг? — всё так же бесцветно задал он положенный вопрос.

— Нет, но я готова её услышать, — орюмцек скользнула рукой по столу чуть дальше и почти коснулась его одетой в перчатку кисти.

Охмуряет. Хочет сбить цену или Ставр действительно её привлёк? Хорошо бы, верно, смотрелась такая, как она, в постели арияш.

Сразу видно, что северянка не сторонница особых принципов. Взгляд текучий, как оливковое масло, затягивает и ласкает. Обещает многое. Только вот поддайся — и получишь нож в спину. Таких Ставр видел насквозь.

— Пять сотен кун золотом, — назвал он изрядно завышенную цену. Но на эти деньги у него были свои планы. — Половина сейчас. Вторая — после выполнения заказа.

Рыжая чуть поразмыслила.

— Это очень много… Сейчас заплатить не могу, — она невольно пощупала пояс, будто хотела дотронуться до кошеля, но не нашла его.

 — Мы можем встретиться ещё раз?

Ставр приподнял брови.

— Что ж, можно и встретиться, коль не боишься.

Орюмцек поморщилась: знать, успела нажить неприятные воспоминания о пути сюда. Тогда-то, верно, и кошеля лишилась.

— Не боюсь, — она уверено кивнула. — Только почему такая высокая цена за убийство безродной девки?

— Не нравится — выход за спиной.

Ставр, скрывая раздражение, медленно отставил кружку с остатками вина подальше. Можно подумать, кто-то предлагал обсуждать цену.

Не на рынке, в конце концов, из-за баранок торгуются.

— Я не против, — быстро исправилась девушка и осмелилась-таки коснуться его ладони. Накрыла своей, маленькой, горячей, и сжала, будто друга просила о безобидном одолжении.

Ставр ещё раз внимательно посмотрел в глубокие, словно омут, глаза и неспешно отодвинул руку. Всё-таки неплохо было бы… Нет, глупости. Просто долгая дорога даёт о себе знать, а тут так близко сидит холёная невеста самого князя.

Получается, правитель Кирията не устоял перед Младой? Или это только женские домыслы и ревность? Впрочем, неудивительно.

Она всегда притягивала к себе. Даже когда была совсем ещё девчонкой. Временами, устав от тяжёлого нрава ученицы, Ставр жалел, что взял её с собой однажды, но не мог отрицать, что после расставания Млады ему ещё долго не хватало.

Он выдержал молчаливую паузу и поднялся, громыхнув стулом.

— На сегодня достаточно. Встретимся ещё раз, когда она вернётся.