След бури

— Ты что, боишься, придёт сюда кто, кроме него? Лесовики, может?

— Почём знать? Думаешь, мы тут по собственной дурости кругами ходили? — поддержал товарища Ерут. — Как нечистое что-то началось в том буране, так и сейчас продолжается.

Он вдруг покосился на Младу, показалось, чуть разочарованно. Как будто это она, а не Волот, должна была вывести их к дороге. Получается, совсем не случайно она оказалась среди них — но вот какие надежды на неё возлагались, это пойди разбери.

Кмети помолчали, бестолково глядя в пламя и прислушиваясь.

Но шагов запропастившегося следопыта всё не слышалось посреди разрозненных и редких голосов леса.

— Искать его надо. Не оставлять же одного в глуши на ночь, — вздохнула Млада, подцепила ложкой плавающую в растопленном снегу сосновую иголку и стряхнула её в сторону. — Кто со мной?

Остальные переглянулись, но никто не подскочил с места в готовности и нетерпении. Знать, даже крепким дружинникам не хотелось блуждать в зимнем мраке. И Младе-то не хотелось, да только ожидание Волота опасно затягивалось, а вокруг темнело всё сильнее.

— Искать следопыта. Надо ж, — оглядев друзей, Скурата насмешливо крякнул и встал с бревна. — Я пойду.

Кмети согласно закивали, расслабившись оттого, что постылая обязанность их миновала. Даже странно было видеть в могучих воинах, которые без страха пришли в дружину и отправились в поход за князем по собственной воле, а не принуждению, такую робость. Как будто и правда они боялись, что могут повстречать в лесу какую нечисть.

— Вы двое только никуда не подайтесь, — Млада накинула капюшон совсем уж подсохшего за день на солнце плаща. — Вдруг он выйдет сюда с какой другой стороны. А мы по его следам пойдём. Главное — за костром следите.

— Да уж разберемся, — покривившись, фыркнул Ерут. — Учи бабушку похлёбку варить.

Вместе со Скуратой, прихватив воды и пару факелов, они пошли сквозь густой можжевельник той же тропкой, что и пропавший Волот. Млада, стараясь задавить внутри нехорошее предчувствие, внимательно следила за чёткой вереницей глубоких следов, оставленных кметем.

Они хорошо виднелись на снегу в свете горящего неподалёку костра и поначалу шли вдоль уже протоптанной ранее дружинной тропы. Но чем глубже в низину, тем больше отклонялись в сторону. Как будто Волот увидел что-то, что привлекло его внимание и потребовало уйти со старого следа. Вдруг отпечатки стали реже и глубже — значит, с этого места кметь побежал. Млада тоже невольно прибавила шагу.