Она прыснула, что было неплохим знаком.
Бойцы патруля, несколько минут назад проследовавшего на восток, услышали выстрел и припустили обратно. Они выбежали из-за угла с горящими фонарями в руках.
– Стоять, не двигаться! – закричал сержант. – Будем стрелять!
– А вот и архангелы прилетели, – сказал Осокин. – Почти успели.
Они налетели, как стая волков, мгновенно отобрали у Осокина пистолет, заломили ему руки.
– Эй, полегче, служивые. Еще чуток, и мне будет крайне неприятно. Глаза разуйте, ослепли вконец? Вы уже проверяли меня.
– Архипов, отставить, отпусти человека! – распорядился сержант.
Осокин раздраженно закрывал глаза. Фонарики светили ему в лицо.
– Товарищ капитан, это вы. Простите, мы сразу не поняли.
Пятна света прыгали по телам, распростертым на земле. Хулиганы стонали, обливались кровью.
– Что здесь произошло, товарищ капитан?
– А ты догадайся, сержант. Вот девушка, вот трое отмороженных ребят. А патруль ушел, нет его, он в этом городе только для красоты.
– Ну вы даете! – восхищенно пробормотал сержант, озирая поле битвы.
– Как вы их мастерски отделали! У нас бы так не получилось.
– Забирайте. Дарю. Знаете, куда вести. И избавь меня, ради бога, сержант, от ваших процедурных формальностей – опросов, составления протокола и тому подобного. Сегодня ночью мне точно не до этого. Девушка не в претензии, в потерпевшие не рвется. Я ведь прав, барышня?
– Да, конечно, нет, какие могут быть претензии. Все хорошо, я ничего не видела.
Красноармейцы сдавленно улыбнулись.
Сержант был немного смущен, но не настаивал. Поверженным хулиганам бойцы связали руки, придали вертикаль, отвешивая затрещины. Приземистый крепыш нелепо шамкал. Во рту у него ничего не осталось. Остальные плевались кровью, едва стояли. Солдаты погнали их прикладами, и вскоре теплая компания скрылась за углом.
– Вот и все, – сказал Осокин. – Не так страшен черт, как его малюют. Будете продолжать рискованное путешествие?
– А вы и правда из контрразведки СМЕРШ? – боязливо, но в целом уважительно спросила девушка.
– У нас в комендатуре про вашу организацию говорят только шепотом. Теперь я понимаю, что это неспроста.
– Про нее вообще не надо говорить, – назидательно сказал контрразведчик. – Даже шепотом. Считайте, что вы ничего не слышали. Осокин Иван Сергеевич, к вашим услугам.
– Антонина Шаталова. Я местная, живу с дядей.
– И далеко отсюда вы живете с дядей?
– Два квартала на восток, это в центре, рядом с городским парком.
