Следователь по особо важным делам

Я недавно одну любопытную статейку про художников прочёл. Какой, например, цвет тумана?

— Туман есть туман. Белесый… Нет, скорее серый. — Я вспомнил московские осенние утренники, серую промозглую мглу.

— Самые туманные туманы в Лондоне, это уже истина.

Значит, самые серые. Так их и изображали художники.

Даже был в Англии певец лондонских туманов Джозеф Тернер. А Моне взял и написал его розовым. И что ты думаешь? Пошумела критика, газеты, и все-таки признали.

— У художников есть свои излюбленные цвета. Врубель, например, тяготел к голубому и синему.

— Нет. В Лондоне действительно туманы розовые. И по очень простой причине. От красного кирпича, из которого в основном были построены здания. И от печного отопления.

Уголь, искры. Казалось бы, Моне, импрессионист, фантазия красок. На поверку — открыл реальную зависимость. А лучше сказать — увидел.

— Мне трудно спорить, я не знаток.

— Думаешь, я знаток? — засмеялся Иван Васильевич. — Поневоле начнёшь кое в чем разбираться, когда тебя это окружает.

Я хотел сказать: только бывший муж моей будущей жены…

— Нет."

"— Жаль. Отличная, говорят, вещь для набросков. Особенно на холоде. Мама увлеклась зимним пейзажем. — На его лице промелькнула извинительная улыбка. — Видишь, что теперь меня занимает?

— Это огромный мир, — сказал я многозначительно.

Но Иван Васильевич понял не так:

— Не говори! Достать хорошие кисти, холст, заказать нужный багет… Одним словом, серьёзное мероприятие.

Бывший зампрокурора задумался. Мне начало казаться, что ничего путного из нашей встречи не выйдет. Его мысли совсем о другом. Какое там убийство, какое следствие…

Иван Васильевич поднялся:

— Ну пот что. Чувствую, разговор будет большой. Пойдём-ка на кухню, чайку попьём. И спокойненько потолкуем. — Потом добавил, словно перед кем-то оправдываясь: — Не маленький, приеду на два-три часа позже…

На кухне мы разговорились по-настоящему.

— Сомнительно, стоило ли приплетать к убийству Залесской Данилова-Савчука, — сказал он, выслушав до конца.

— Почему же. Он подозревается в убийстве, ведёт себя странным образом…

— Естественно. Человек скрывается, боится своей собственной тени.

— Исчез на следующий день…

— Элементарно сдрейфил. В деревне что-то случилось.

И он дал тягу. Свистните посреди улицы в милицейский свисток. Кто попытается скрыться? Преступник.