Онлайн-библиотека книг
Как чувствовало моё сердце, все отговаривала Анечку ехать. Нет, видать, судьба. Погубила её жизнь, попутал нечистый. Да и она сама как предчувствовала. Не с радостью собиралась, ох, не с радостью…
— А почему же поехала?
— Любила, видать, своего… — Анфиса Семёновна вздохнула.
Старушка постепенно успокаивалась.
— И она говорила, что не хочет ехать?
— Не то чтобы прямо не хотела. Тут у неё все родное.
Две могилки рядом. Мать и отец родные. А с другой стороны, здесь и горе своё хлебнула с малолетства.
— Отец её женился во второй раз?
— Сергей Петрович-то? Что вы. Сам еле тянул лямку.
Сердце. Всего на восемь годков пережил Катерину. Да и то-одно мучение. Все по врачам да по врачам. А мечтал:
сломают их домишко, квартиру в новом доме дадут. Не дожил. И Аня тоже…
Все, что говорила крёстная Ани, мне было важно. Но требовалось направить этот разговор.
— Анфиса Семёновна, как получилось, что Валерий с Аней зарегистрировались только после пяти лет совместной жизни?
— Не жили они пять лет совместно. Год даже не прожили вместе.
— Постойте, Сергей — их ребёнок?
— Это точно. Сергей-Залесский. Да вы на карточку посмотрите. Вылитый отец. — Она показала на фотографию на стене.
— Как же получается тогда?
— А очень просто. Пожили они с Аней месяца три, он уехал к своим. Как бы благословения просить. Аккурат у них каникулы были.
Что делать? Институт бросать жалко. Два год""а оставалось Да и отец, покойник, наказывал: учись, говорит, дочка, чтобы жизнь у тебя интересней нашей сложилась. Пришлось ей и учиться, и работать, и Серёжку нянчить. Слава богу, я тут, рядышком. Вдвоём, можно сказать, и подняли. Люди хорошие помогли. И в институте тоже. А в этом году, нет, в прошлом, прямо в сочельник Валерий возвращается…
— Он помогал Ане?
— Какой там! Ни строчки за эти пять лет не написал.
— Как же, ведь ребёнок?
— Не знал он о Сергее.
— Аня не писала ему?
— Я же сказала, что гордая она была. Если бы она ему отписала, он тут же бы прискакал.,
— Значит, о сыне он узнал впервые в конце прошлого года?
— Я и толкую об этом. Прямо под Новый год приезжает, в ножки ей. Говорит, помотался по свету-лучше тебя нет, прости, если можешь.
