Онлайн-библиотека книг
В папочке сиротливо лежали материалы обыска и заявление потерпевших.
— У меня даже не подшито.
— Не волнуйся, дела шить не хуже вашего умеем! — и Сема заржал на всю Петровку.
Понимая, что бесполезно, Знаменский все же заупрямился. Кому бы другому с удовольствием отдал — загружен был под завязку и. «Ангарой», и прочим. Да и Рябинкина ему ткнули абы куда, и не вызывал тот у него аппетита. Однако Фрайер автоматически порождал желание сопротивляться.
— Что за спешка? То к опечаткам — и к тем придираетесь, а то…
— Не о чем спорить, — Сема нервно дернул головой.
— Воля твоя, я доложу.
Скопин, которому Знаменский позвонил на дом, задумчиво покряхтел.
— Черт с ними, не будем связываться. Только составьте опись всего, что в деле, и пусть распишется…
Дело Рябинкина имело предысторию грязную и мутную.
С полгода назад двое дельцов — прозванных в своей среде Дринк и Финк — погорели с налаженным производством ремешков для наручных часов.
Это вообще была пора, когда вне государственных предприятий обильно произрастало изготовление разных недорогих и ходовых товаров. Самый знаменитый ловчила выпускал всего-навсего резинку для трусов — используя мастерские трудовой терапии при психолечебницах. Взяли у него рекордную сумму — семь миллионов с хвостиком.
Каких сбережений достигли Дринк и Финк, неизвестно. Но, попавшись, решили откупиться. И смогли. Причем мгновенно, их даже из КПЗ отделения милиции не успели переправить в тюрьму.
Освободить их потребовал ни много ни мало — первый секретарь райкома Галушко. Кричал, что прокурор и начальник милиции позорят район, попирают восстанавливаемую партией соцзаконность. Грозил поснимать погоны, растоптать и выгнать. Ну и поджали хвосты.
За акцию по «восстановлению соцзаконности» Галушко взял с жен Дринка и Финка 60 тысяч.
Между тем в Москве происходило очередное сокращение числа районов, и Железнодорожный с Куйбышевским объединили. Группировки их еще не сработались, куйбышевцы оказались второсортными и боролись с железнодорожниками. Это-то и подтолкнуло события дальше.
