И вдруг совершенно в иной окраске представился случай нападения хулиганов на Березову. Кто-то боялся ее приезда из райцентра. Березову поджидали, вырвали сумочку, чтобы знать, что она в ней везет. И снова вплетался Айрапетов. Игорь дежурил по «Скорой помощи», машина которой увезла Березову.
– Завтра утром делаю очную ставку Костырева со Светланой, – твердо сказал Антон. – Заговорит он, Степан Степанович. Честное слово, заговорит!
19. Счет № 8737 в сберкассе"
"Однако утром совершенно неожиданно Антону пришлось изменить свой план.
В следственном изоляторе дежурный перехватил записку, которую Остроумов пытался передать Мохову. На измятом клочке бумаги было написано: «Здравствуй, Павлуша. С приветом к тебе Кудрявый. Да, Павлуша, Богу стало угодно, чтобы по магазинному делу прошел я. Завтра первый допрос, а я не знаю, что базарить. Начисто забыл, как все это мы сделали. Буду мазать на себя, а ты с Кирюхой отмазывай. Часики в полности-сохранности пришлось вернуть. Получилось худо – шел каяться, а лягавый застукал.
Тянуть будем по второй части восемьдесят девятой. Там хоть и есть до шести пасок, но Бог не выдаст – свинья не съест. Кудрявый не подведет. Ты его знаешь».
– Не пойму цель Остроумова, – задумчиво сказал Антон. – Передать записку в следственном изоляторе можно только по редкой случайности.
– Случайность – одна из форм проявления необходимости. Так, кажется, учит философия? Давай думать, какая необходимость толкнула Остроумова рисковать в расчете на случайность, – отозвался Степан Степанович.
– По-моему, причин может быть две. Во-первых, Остроумов хотел предупредить соучастников, что попался с поличным, и договориться с ними давать одинаковые показания. Во-вторых, фраза «Шел каяться», а лягавый застукал» рассчитана на простака, который, перехватив записку, поверит, что Остроумов на самом деле шел с повинной.
Антон еще раз внимательно прочитал записку и спросил:
– Почему он слово «Бог» пишет с заглавной буквы? И почему этому «Богу» стало угодно, чтобы по магазинному делу прошел Остроумов? Кто этот Бог? Не состоит ли он из крови и плоти?
– Возможно так, но, возможно, и по религиозным соображениям.
Случается, рецидивисты с удовольствием изображают религиозных фанатиков.
– Вот что, Степан Степанович… – Антон задумчиво прошелся по кабинету. – Вместо следственного изолятора съезжу-ка я вначале на обувной комбинат. Как-никак Остроумов там работал.
