Голубев показал старику фотографию Булочкина, недавно присланную из областного управления.
– Он?
– Ага, – испуганно подтвердил Лапиков.
Все это подробно было изложено в рапорте Славы Голубева. Подполковник Гладышев провел оперативное совещание и, отпустив остальных сотрудников, беседовал с Кайровым. Кайров сидел на своем излюбленном месте, у стола, и, положив ногу на ногу, внимательно смотрел на подполковника живыми черными глазами.
Беседу прервал робкий, словно заикнувшийся телефонный звонок.
Подполковник снял трубку.
– Гладышев слушает… Да… Милиция.
По тому, как напрягалось и хмурилось лицо подполковника, Кайров понял, что слышимость в телефоне плохая, а сообщение не из приятных.
– Понял, что из Ярского! – почти закричал подполковник. – При каких обстоятельствах утонул? Купался?… Почему купался? Кто это говорит?… Алло!…
В трубке захрипело, щелкнуло и разом замолчало, словно кто-то обрубил провода. Подполковник какое-то время подождал.
Медленно, очень медленно положил телефонную трубку. Почти целую минуту сидел молча, будто не веря в то, что ему сейчас сообщили, и не замечая настороженного взгляда Кайрова.
– Бирюков утонул, – наконец сказал он.
Кайров не проронил ни слова. Только его пальцы чуть вздрогнули, дернулась полоска усов, а в глазах появилась еще большая настороженность.
– Говорят, купался – и утонул, – подполковник хмуро посмотрел на телефон. – Связь отвратительная… Не понял, кто звонил: не то Слышкин, не то Слышко.
– Купаться в рабочее время? – лицо Кайрова стало суровым. – Мальчишка! Я знал, что это дело добром не кончится, предчувствовал.
Подполковник посмотрел на него не то осуждающе, не то удивленно. Скорее даже взгляд его спросил: «Разве это имеет теперь значение?»
– Бери, капитан, машину и срочно – в Ярское. Разберись самым тщательным образом. – Заметив на лице Кайрова вопрос, добавил: – Что по задержанию Булочкина планировалось тебе, сделаю сам.
Кайров медленно поднялся со стула, плотно сжал тонкие губы, и подполковник догадался, что ехать в Ярское старшему инспектору уголовного розыска не хочется. Но Кайров не высказал этого. Только подчеркнуто официально спросил:
– Разрешите идти, товарищ подполковник?
– Да, – сухо обронил Гладышев, потер ладонями виски и, доставая из коробки папиросу, сказал: – Этого еще не хватало.
