Хитрюга невыносимый! Со стажем проходимец был, с дореволюционных лет махинациями промышлять начал, все тонкости конспирации знал. И что ты думаешь? Взяли, как суслика! Колхозники помогли задержать.
Бодрое настроение Голубева вселяло какую-то уверенность в предстоящем успехе. Однако по прошествии недели Антон все-таки позвонил в райотдел и доложил подполковнику о бесплодности поисков. Подполковник, уловив в голосе нотку пессимизма, спросил:
– Как настроение у Голубева?
– Как всегда, отличное. Верит в успех.
– Вот и ты должен верить, – ободрил подполковник.
– Запомни, нет безнадежных дел, есть люди, безнадежно опускающие руки. Для работника уголовного розыска – это самое последнее дело, опустить руки.
Слава Голубев, узнав о разговоре, закипятился:
– Правильно говорит подполковник! Хороши бы мы с тобой были, если б раскисли, не доведя проверку до конца. Жаль вот, что не круглосуточно отделы кадров работают. Быстрее бы тогда у нас дело пошло, а так, не успеешь оглянуться, – рабочий день кончился.
Антон улыбнулся.
Вроде бы и пустяк сказал Голубев, но была в сказанном такая искренняя вера в успех, что Антону стало стыдно за свою минутную слабость. Открыв записную книжку, где были перечислены все подразделения автохозяйства, он стал округлять те, в которых уже побывали. Округленных получилось больше половины. Слава заглянул в книжку и предложил:
– Давай на одну организацию ежедневно больше проверять. Мы как сейчас делаем? Чуть рабочий день к концу, уже идем в гостиницу, боимся на часик сверхурочно задержать кадровиков.
А что их бояться? Зачем такая щепетильность? Пусть хоть пять минут остается до конца рабочего дня, застанем кадровика на месте – выкладывай сведения и сиди с нами, пока разберемся. Не по личному ведь вопросу приходим, по работе. Правда?
– Правда, Славочка.
За следующий после разговора день кружочков в записной книжке прибавилось, через сутки – еще. Дело близилось к концу, для завершения проверки оставалось два, в худшем случае – три дня.
В тот вечер, перебирая учетные карточки, Антон беседовал с очередным начальником отдела кадров, которого застал буквально перед самым концом рабочего дня.
Фамилия кадровика была Жариков. Мрачноватый, уже предпенсионного возраста, он, поворачивая на столе массивную, полную окурков пепельницу, неторопливо рассказывал о водителях, которые заинтересовали Антона, детализировал их привычки, особенности характера. Сам в недавнем прошлом шофер, Жариков знал водительский состав, что называется, досконально.
