Следы Сиятельного. Книга вторая. Белоцветье (СИ)

Однако чуждые миру живых создания прошли сквозь него, не обращая внимание на размахивание оружием. Следы появились даже в воздухе, остановившись в паре метров от нас с притихшим малышом.Шепот посланников смерти, сиплый, противный, вызывает мурашки, даже у мертвого тела огромного мумурианца на грави-тележке. Голос слышали все.

“И-и-и-мя. Даруй нам и-и-и-имя… о величай-й-й-йший… и-и-и-мя…”

Йен загадочно молчал, поглядывая на замершего карапуса. То глядел на меня пустым взглядом, ища ответ на вопрос “Кто такое Кузан Таленор? Почему это имя буквально выгравировано на поверхности моей души”.

Именно его “историю” было “читать” сложнее всего. Чуждый мне опыт бессмертного создания.

- Ро, “Одинокий белый волк”.

Может ли мир умереть, как идея?! Видя, как постепенно пропадает солнечный свет, контуры дома, дерева и непрекращающийся ливень из ядовитых фруктов, я могу ответить, что да. Во тьме, лишенной всяких границ материальных предметов, осталась только наша странная компания и размахивающий мечами Амур.

Белые грани силуэтов в абсолютно черном мире.

Вокруг всепоглощающая тьма. Хеолан, псина и Йен, выглядят, как контуры людей под раскраску в книжках для детей. И только тело карапуза имеет полноценный набор цветов, словно мрак мира мертвых и есть его родной дом.

Цвета мира живых возвращались постепенно, а мы с карапузом продолжали смотреть друг на друга.

- Ро! Йен! Хеолас! Мы все уникакумы, объединенные рядом общих черт - все левши, обладаем абсолютной памятью, бездетны и имеем одну из форм условного бессмертия.

Это знание уже не от меня, а от народа исами, с которыми встретился наш дорогой собрат. Как ни странно, Ро наделен черной смерти, и именно она его защищает, убивая на подлёте все что может умереть. Идею, ветер, маги, вообще все. Его способ развития ментальности заключается в поглощение эманаций смерти живых существ. Поэтому в отличие от Йена, Ро не может жить в пустом мире. И как только что все мы видели, его конечная сила может умершвляет вообще все материальное. Нынешний бог Карна, Картенон наделен такой же чертой, используя собственную душу, как темницу для богов, которых по тем или иным причинам Великие не могут убить.

Трясущаяся Салдона, стоявшая все это время позади Хеоласа, упала на почерневший порог дома и громко разрыдалась.

- Уа-а-а—а-а-а-! Мастее-е-е-ер! Я видела маму! Уа-а—а-а-а! Такой, какой я ее помню. Мама только что была прямо тут! В шаге от меня, прямо на пороге. Тут ее чёрные следы остались.