Слепая Вера

По всем признакам Лира выглядела вполне здоровой. Небольшая слабость после болезни не считается. – У меня нет таких денег.

– Все в порядке, – произнес Иагон. – Трата этих пилюль не толкнет мою семью в бедность. Забудь об этом.

Ему не хотелось об этом говорить. Смысл? Изначально было понятно, что работу и травы, которые пошли на создание пилюль, никто им не оплатит. Они сами взялись за все это, так что глупо сейчас требовать оплаты. Возможно, Лира хотела сказать еще что-то, но Иагон подхватил внучку под руку и вывел из дома.

Женщина качнула головой. Она должна была умереть еще пару дней назад. Ей это было прекрасно известно. Вот только она все еще жива. Казалось бы, ее спасла простая случайность, но Лира давно поняла, что ничего не происходит просто так. Раз боги привели этих людей в их деревню и дали ей шанс на жизнь, значит, она для чего-то еще нужна. Главное теперь понять, для какой цели ей позволили жить дальше. И Лира не сомневалась, что однажды поймет, для чего ее спасли.

Дальше отряд продвигался без задержек. Как бы Вере ни хотелось замедлить их, но повода для этого не находилось. В конце концов она решила, что чему быть – того не миновать. К сожалению, знания, которые она получила от небесного клерка, теперь были не так актуальны.

Правда, одно она знала точно – нужно держаться подальше от матери Эриона, а еще лучше сделать все возможное, чтобы та не узнала о помолвке своего сына раньше времени. Впрочем, в данный момент еще неизвестно, как на все происходящее отреагирует сам Эрион.

Вполне возможно, что вскоре она станет свободной.

Надо признать, что присутствие Иагона внушало толику спокойствия. Конечно, она понимала, что против короля он ничего сделать не сможет, но по крайней мере он отгонял одним своим видом Макомби, который, подобно стервятнику, постоянно кружился рядом.

Спустя пару недель они достигли столицы Андотта. Вера ожидала, что их встретят «ароматы» средневекового города, но, к ее удивлению, ничего подобного не было.

Впрочем, это не касалось шума, от которого у нее вскоре заболела голова. Стоило им пройти через ворота и немного углубиться в город, как ей показалось, что она очутилась посреди шумной ярмарки, наполненной многочисленными людскими голосами. Шаги, шорох тканей, стуки, скрипы, разговоры, цокот конских копыт по каменным дорогам – все это заставляло Веру растерянно жаться к Иагону, время от времени вздрагивая от слишком резких звуков.