Отовсюду слышалось:
— Плешивцев, вернитесь!
— А ещё коллежский регистратор!
— Опозорил акцизное управление!
— В дворянское собрание не пускать!
— Руки не подавать и не раскланиваться!
Призывая залу успокоиться, угадыватель мыслей гордо сошёл со сцены, остановился в проходе и поднял руки. И зрители смолкли.
— Милостивый государи и государыни! — провещал он. — Мне жаль этого молодого человека, позорно покинувшего зрительную залу. Прошу вас быть к нему снисходительным, ведь теперь ему придётся провести немало горестных дней в этом городе.
Откровенно говоря, ему бы лучше поменять место жительства. Что же касается почтенной мадам, окрестившей меня бесом, то я на неё совершенно не в обиде. Дело в том, что не только она, но и современная наука не может объяснить, как получается у меня угадывать чужие мысли, считывая с человеческого лица едва заметные движения мышц и мускулов. Открою секрет, если лицо испытуемого будет в маске, то я не сумею понять, о чём он думает. А иногда, это бывает чрезвычайно редко, мне удаётся увидеть будущее человека.
Сразу предупрежу вас — такие опыты на своих сеансах я не провожу. Во-первых, это не всегда получается, а во-вторых, подобные эксперименты приводят к истощению моих физических и моральных сил. Но в этом нет ничего удивительного. Каждый из вас хоть раз в жизни испытывал плохие предчувствия, кои потом сбывались. А бывало, что и вещий сон приходил, не правда ли? Полагаю, что у каждого человека, помимо пяти обычных чувств (зрения, слуха, обоняния, осязания и вкуса) есть, так называемое, шестое чувство.
Просто у одних оно развито, а у других — нет. Я уверен, что пройдёт совсем немного времени, и наука распознает природу предсказаний и чтения мыслей. Ведь ещё совсем недавно явление света и электричества для мира казалось чудом, но стоило открыть существование такого невесомого существа, как эфир — и всё стало на место. Но есть ли духовный эфир, не подлежащий закону трёх измерений? Вероятно, да, но нам пока он неведом.
Вельдман поклонился, и ему зааплодировали. Он виртуозно управлял публикой, переключая внимание с одной части выступления на другую. Коллежский регистратор Плешивцев да верующая до самозабвения старушка оказались единственными зрителями, кои не поддались чарам приезжего экспериментатора.
Магнетизёр направился к сцене и, шагая мимо первого ряда, шепнул Ардашеву:
— Загляните ко мне за кулисы после выступления.
Клим успел лишь кивнуть в спину «кудесника».
