Слезы черной вдовы

- Я пойду…

А Надя, неожиданно даже для себя самой, вдруг спросила:

- Светлана, ответь мне, пожалуйста, на один вопрос.

- Это ты дала папеньке яд? Мне важно знать, ответь.

Светлана опустилась на стул снова - не менее тяжело. И долго глядела в сторону, прежде чем все-таки сказать.

- Ты, вероятно, плохо помнишь, но отец в последний год сильно болел, - начала она. - Он стал вовсе не похож на себя и сам приходил в ужас от того, что говорил или делал - правда, такое случалось все реже и реже… Вероятно, это что-то наследственное: ведь и наш дедушка умер очень рано, а Ванечка, твой племянник, и вовсе… Отец хотел прекратить это - не желал умирать годами, мучиться сам и мучить нас.

Но мама всегда убирала лекарства далеко. Прятала от него. Боялась, что он достанет. А в тот раз… она решила, что я просто забыла убрать пузырек с морфием в шкаф. Мама думала, что это случайность. - Светлана посмотрела на нее взглядом, в котором не было и толики сомнения и договорила: - Но нет, Надюша, это была не случайность. Я оставила таблетки на прикроватном столике, потом поцеловала отца в лоб и закрыла за собою дверь.

Светлана замолчала, и в комнате надолго повисла тишина.

Много позже Надя, будто опомнившись, кивнула. Хотя, по правде сказать, она теперь жалела, что спросила. Ей почему-то казалось, что, ежели сестра признается, то это все изменит в их жизни. Но нет, ничего нового Надя вовсе не чувствовала: все так же до кома в горле ей было жаль папеньку, все так же она до слез злилась на маменьку и Светлану.

На маменьку - оттого, что не сказала правду, а на Светлану - оттого, что решила все единолично.

Новыми были разве что вопросы, родившиеся тотчас после Светланиного рассказа. Правильным ли было то решение сестры? И еще один, который виделся Наде самым главным: зачем сестра это сделала? Ведь до сих пор видно, насколько больно было Светлане принимать то решение и брать всю ответственность на себя.

Так зачем?

А Светлана снова поднялась.

- Нам все же нужно поспать. Я позову к тебе Алёну, чтоб помогла раздеться.

На этот раз она успела дойти до двери.

- Светлана, - окликнула ее Надя несмело, - пока ты была в Ермолино, меня навестил Григорий Романович… Грегор. Он сделал мне предложение.

Светлана замерла у двери, но ничего не спросила.

- Я решила, что отвечу ему согласием, - сама добавила Надя.