Слезы черной вдовы

Яркие, почти живые образы то и дело возникали перед глазами: вот Павел смотрит на нее из угла с молчаливым укором, вот Леон кричит и беснуется, вот Серж требует, чтобы она клялась ему в любви. Была здесь и Надя, которая, перемежая слова слезами, твердила ей, что никогда не простит…

Пошатываясь, по стене, Светлана пробиралась меж ними к двери, мечтая как можно скорее отгородиться от них - будто дверь спасла бы. А выбравшись в будуар, поплотнее закрыла за собою и только теперь, окончательно обессилив, сползла на пол.

В прошлую ночь она молилась тоже - не помогло. И как много было крови, Господи, как много…

- Твой любовник теперь выжил тебя из собственной спальни? Милая, что же с тобой стало - ты же раньше была совсем не такой.

Она резко вскинула голову: отец сидел в кресле напротив - в домашнем халате и турецких мягких тапочках, которые Светлана берегла ему на именины, да так и не успела подарить.

Страха не было, удивления тоже. Но, на редкость ясно осознавая происходящее, Светлана покачала головой:

- Не говори со мной… тебя нет, ты - фантом.

- Действительно - умер?! - Отец вскинул брови столь знакомо, что у Светланы защемило сердце. Оттого, что наяву этого никогда больше не будет.

Но его слова… Они мучили Светлану, сводили с ума, заставляли закрыть уши и бежать - бежать безо всякой надежды укрыться.

- Зачем ты изводишь меня?! - действительно закрывая уши, выкрикнула Светлана.

- Так я же фантом, милая! Ты сама это сказала: меня не существует, я не могу никого мучить. - Он легко поднялся из кресла, сделал несколько шагов и, наклоняясь к ней, почти на ухо произнес: - Это все ты. Ты сама себя изводишь. А сказать отчего? - он за подбородок поднял ее лицо. - Оттого, что ты виновата.

- Я ни в чем не виновата, - упрямо ответила Светлана и стала зажимать уши еще плотнее - хотя голос отца вовсе не становился тише.

Светлана резко мотнула головой, высвобождая свой подбородок, и глядела на фантом хоть и снизу вверх, зато с вызовом.

Отец же покачал головой с некоторою досадой:

- Это никогда не прекратится. Ни это, ни то… - он кивком указал на дверь спальни, прижавшись спиной к которой сидела Светлана.

- Прекратится! Я сама это прекращу!

Решение родилось в ней внезапно и казалось теперь единственно верным.