Я перекатываюсь, встряхиваю подушку и закрываю глаза… Ерзаю и верчусь еще час, пока любопытство не выедает меня изнутри и не вынуждает снова взять телефон.
Ну-ну, посмотрим, как быстро исчезнет невинная малышка Бишоп, показав свое истинное лицо – теперь, когда она осознала, что ей представился шанс захомутать одного из Брейшо.
Открываю сообщение и читаю.
У меня внутри все падает. Телефон тоже падает.
Проклятие.
С яростью смотрю в потолок.
Вот дерьмо.
Переворачиваюсь, рычу в подушку. Жгучее чувство бессилия выворачивает меня изнутри.
Игнорирую эту хрень, но не могу игнорировать все остальное.
Вскакиваю, тянусь к телефону и пишу сообщение Маку. Отправив его, откидываю голову на подушку.
Полагаю, все, на хрен, решено.
БриэльЯ прибегаю на первый урок за минуту до звонка и с полусъеденным йогуртом в руках падаю на стул. Мика уже сидит рядом со мной.
Он кивает в знак приветствия, но все его внимание сосредоточено на телефоне, в то время как я пытаюсь отдышаться.
Звонок раздается секунда в секунду, и учитель, не тратя время, начинает перекличку. И как раз в это время в переднем кармане рюкзачка начинает вибрировать мой телефон.
Отставляю йогурт, достаю телефон и замираю, увидев вспыхнувшее на нем имя.
Какого черта?
Держу телефон в ладони, уставившись на экран, пока он не перестает звонить. А потом он снова звонит.
Мика издает смешок – так смеются, когда становятся свидетелями неправильного решения, но человек, который принимает решение, об этом не знает.
Перевожу взгляд на него и прищуриваюсь, опуская телефон на парту.
Мика широко улыбается.
– Чертовски неверный шаг, девочка.
– Прости… – Я не успеваю договорить, потому что дверь кабинета с грохотом распахивается.
Все взгляды устремляются в ту сторону – и…
О, мой бог!
Шок, холодный и быстрый, наполняет меня со скоростью падающей звезды, лишая мыслей… Дыхания… Способности двигаться.
Все, что я могу, это таращиться на чувака в татуировках… который, убейте меня, направляется прямо ко мне.
В черном худи и модных джинсах, лишь одним своим присутствием Ройс заставляет всех оцепенеть, включая учителя.
Мы все таращимся на него.
Он останавливается прямо передо мной, и я не издаю ни писка, когда он одним движением разворачивает к себе дешевый пластиковый стул, на котором я сижу.
Я не отрываю глаз от Ройса, а он смотрит на экран моего телефона, что лежит на парте экраном вверх, потом на меня.
