Он никогда не простит мне шантаж и тайную встречу с конкурентом, даже думать нечего. Я свой выбор сделала. Струсила.
Но, наверное, мне стоит поблагодарить его за все, что он для меня сделал и продолжает делать.
Света где-то веселится с гостями, Богдан стоит в паре метров на стреме. Я смотрю на затылок своего Президента, потираю похолодевшие ладони. Оглянись, пожалуйста, ты ведь чувствуешь, что на тебя смотрят. Что я смотрю.
Но подходит ко мне совсем другой мужчина. Опять Виктор Панков, будто ему прошлого разговора не хватило!
Выглядит безукоризненно, мой беглый взгляд цепляется за его наручные часы той же марки, что и у Андрея.
Если Оксану я послала куда подальше прямым текстом, то перед этим человеком снова теряюсь. Есть в нем что-то угрожающее, хотя мне удается усмехнуться, вспомнив утреннее неловкое падение.
По закону подлости Андрей оборачивается именно сейчас, видит нас и улыбается, а мое сердце пропускает удар. Он поднимается с места слегка неуклюже, и я понимаю, что он в стельку пьян.
Ни разу его таким не видела. На лице, кажется, кровоподтеки. Синяк на скуле, припухшие губы, шрам над бровью. Я сжимаю ладони, боясь представить, что с ним случилось.
Глава 40
Походка достаточно устойчивая, Андрей движется уверенно, держит курс в нашу сторону. Я интуитивно делаю шаг ему навстречу, будто надеясь, что он обнимет меня как ни в чем не бывало. Краем глаза отмечаю, что к нам присоединяется хвостик Виктора и один из самых гнилых людей, которых я когда-либо знала, — Оксана.
— Добрый вечер, — вежливо произносит Андрей, оглядывая нашу троицу.
Я делаю шаг в сторону, пытаясь показать, что не с ними, но он слишком пьян, чтобы обратить внимание.
— Кто ж вас так, Андрей Евгеньевич? — деланно вздыхает Панков.
— На грабли наступил, — бросает быстрый взгляд на меня. — Бывает. А у вас как дела? Слышал, без работы сидите который месяц. Еще эта примета дурацкая — как встретишь Новый год, так его и проведешь. Я, кстати, верю.
Панков сжимает зубы так, что если бы не музыка и шум, клянусь, мы услышали бы их скрежет.
— Как бы вас не постигла та же участь. В ближайшее время, — и еще один взгляд в мою сторону. Если они продолжат в том же духе, я рискую превратиться в решето.
— Потонем вместе, — отвечает Андрей меланхолично. Достает из внутреннего кармана аккуратно сложенный лист бумаги и протягивает Виктору. Тот пробегает документ глазами, заметно бледнеет, сминает в руке. — Можете отвести душу: разорвать и даже съесть, это копия.
