— Я помню, в девять утра. К нему все полностью готово, — мне кажется, что он пьян.
— Вы уверены, что готово?
— Абсолютно, — обычно столь короткий ответ успокаивает клиента и тот спокойно отправляется баиньки, но Влад звонит в третий раз за день. Неплохо разбираясь в людях, я уже догадался, что у него к своей бывшей женушке особенное отношение. Он не может допустить, чтобы она жила спокойно и счастливо, и дело не в бизнесе вовсе. Что-то между ними другое, существует даже вероятность, что он вот так неумело пытается привлечь к себе внимание и… помириться? Нужно будет осторожно прощупать этот момент.
— Ложитесь спать, пожалуйста. Встречаемся в половине девятого у здания суда, адрес я вам прислал в пятницу.
В рабочее время.
— Я тут подумал, а могу я претендовать на что-то еще? Кроме половины ОООшки?
Делает выжидательную паузу, а после продолжает:
— Посмотрим еще раз документы?
— Хорошо, посмотрим. Все успеем, впереди только предварительное заседание, не стоит так нервничать. Доброй ночи, Владислав Сергеевич.
— И вам доброй.
Как раз подходит мой доверитель, которого, собственно, и банкротим, и мы углубляемся в серьезный разговор, результат которого мне действительно интересен. Котеночек висит на плече, рассматривая наряды других женщин и терпеливо позволяя взрослым скучным людям вести свои нудные беседы.
— Потерпишь еще полчасика? — шепчу ей на ухо. — Тридцать крошечных минуток? — получается щекотно, и она смеется. Меня ждет неплохая ночь, но сначала важное.
— Андрей, на два слова! — Прошу девушку поискать шампанское и отхожу в сторону.
Через сорок минут запланированные дела выполнены, мы с Котенком ожидаем такси на улице, как вдруг снова вибрирует мой сотовый. К счастью, это не Влад, номер записан цифрами, но я его помню наизусть, поэтому узнаю мгновенно. Звонок идет через вторую сим-карту, которую я использую исключительно для анонимного общения.
— Одну минуту, — прошу прощения у спутницы и принимаю вызов.
— Привет, мой Президент, — обволакивает знакомый голос.
Губы сами по себе расползаются в улыбке.
— Ты раньше обычного, — отвечаю, мельком взглянув на часы. — Есть повод?
— Возможно. Может быть… встретимся?
— Когда? — решаю не тратить время на удивление и вопросы, которых вертится на языке три сотни. Не хватало еще спугнуть.
— Через два часа, я скину адрес.
Смотрю на Котеночка.
— Сегодня? — уточняю, поздно понимая, что ответ очевиден. Сказывается усталость.
— Ты не сможешь? Как обидно! — сокрушается она.
