Сломанные линии

Его и правда не оказалось, но, прежде чем уйти, он заботливо укрыл меня пледом. Ночами воздух всё ещё был прохладным, и он не хотел, чтобы я замёрзла.

Серьёзно, Фостер был первым рокером с таким внимательным отношением ко мне. При всей его эгоцентричности, он беспокоился обо мне. Кейд мог опустить грубоватую шуточку в мой адрес, но всегда следил, чтобы мне было хорошо.

Поднявшись, я вернулась в дом. Повсюду было тихо, и я сразу же подумала, что он в своей студии. Так и оказалось. Я замерла на середине лестницы, ничем не выдав своего присутствия.

Кейд полностью был поглощён работой: что-то наигрывал на гитаре, делал заметки в блокноте и вновь продолжал играть.

Кажется, он преодолел свой творческий кризис.

Я могла наблюдать за ним без конца, но, не желая прерывать его и отвлекать, я тихо вернулась наверх.

Довольная улыбка ещё долго не покидала моих губ.

Глава 21

Моя единственная поездка за границу была тогда, когда семь лет назад мы с семьёй отправились на Ниагарский водопад. Но считать Канаду заграницей всё равно, что назвать «Бургер Кинг» рестораном высокой кухни.

У «Линий» должно было состояться два концерта в Лондоне – завтра и послезавтра, а вечером воскресенья мы возвращались в ЛА.

Целый этаж в «Хилтон Лондон Метрополь» был забронирован для группы и команды. Лейбл никогда не скупился на дорожные траты – группа была золотой жилой, никто и не думал экономить. В этом не было особой необходимости.

Наши номера с Фостером были смежными, но на деле я не собиралась даже разбирать кровать в своей комнате.

Как только мы заселились, и портье, получив свои чаевые, удалился, я заявила, что немедленно хочу отправиться на экскурсию по городу.

Кейду моя идея не пришлась по душе.

– Ло, у нас ещё будет три дня, чтобы посмотреть на унылые лица английских джентльменов, – рухнув на широченную кровать, заявил парень. – Думаю, нам стоит отдохнуть после перелёта, – он демонстративно зевнул в кулак.

– Что ещё за место? – уперев руки в бёдра, скривилась я.

Фостер прищурился, заулыбавшись как Чеширский кот.

– Паб, один из самых лучших в Лондоне. Этот город ещё услышит о нас.

– Я боюсь, даже другое полушарие услышит вас из Лондона, – сухо отозвалась я.

Рокеры плюс паб – равно неприятностям.

Моя задница встрепенулась в предчувствии беды.