Сломанные линии

Лица парней, подходивших познакомиться и угостить нас выпивкой, сливались в одно.

Сумасшедшая ночь. Я давно так не развлекалась, и мне даже удалось подавить тревогу из-за молчания Кейда.

У нас всё было в порядке. И сейчас, где бы он ни был, он не с Софией. Я верила в это. Должна была. Иначе для чего всё было начинать?

Ди-джей объявил, что берёт перерыв, и настало время для живого выступления. Хорошо, можно было отдохнуть и остыть. Выпить чего-нибудь освежающего. И лучше безалкогольного.

У меня немного кружилась голова, и я один раз споткнулась, пока шла к нашему столику.

– Ну что, друзья, готовы веселиться дальше? Тогда приветствуем группу Windy City, которая здесь прямиком из Чикаго, чтобы зажечь эту сцену!

Зал взорвался аплодисментами, а я подавилась и даже закашлялась. Пока люди в зале свистели и визжали, я таращилась на сцену, на которую как раз вышли четыре парня. Четыре хорошо знакомых мне парня. Именно с ними идиот в центре, закидывающий ремень гитары на плечо, предлагал мне групповушку.

– А они ничего, – кивая головой в такт музыке, одобрила Руби. – И солист такой аппетитный.

– Я бы его трахнула, – отозвалась Делия, знойная латиноамериканка с шикарной кожей.

– Уймись, сучка, он мой, – засмеялась Уитни, девушка с немного противным детским голоском.

– Можем и вдвоём, – не растерялась Делия.

Я смотрела на своих новых знакомых и чувствовала, будто меня оглушили.

Две девушки сразу – Райан точно против не будет."

"Да, это был именно он, Райан Торн, высокий, привлекательный, сексуальный урод, который заставил меня плакать.

Но тогда я серьёзно считала, что влюбилась, и мне было больно, когда поняла, что совершенно ничего не значу для него. Очередная девка, которой легко можно поделиться с друзьями.

– Чего притихла?

Толчок в плечо от Руби привёл меня в чувство, вырвав из оков неприятных воспоминаний. Группа играла «Детка, хочу тебя этой ночью», под которую мы с Райаном особо любили заниматься сексом, и мне было не по себе.

Я более не была той Лорен, которую он унизил, но всё же, это была я, и я всё ещё помнила всю горечь, которую испытывала тогда.

– Я их знаю, – призналась я, ткнув пальцем в сторону сцены. – А этот солист, от которого в таком восторге твои подруги, конченый мудак.

Мой голос звучал едко, но я не чувствовала вины за собой. В моих словах не было ничего, кроме правды.