Словно в раю

– Из моих сверстников я одна до сих пор прекрасно слышу.

– Большинство сочли бы это благословением.

– Только не в преддверии этого концерта.

– Почему вы туда приходите? – спросил Маркус. – У вас не особенно близкие отношения с их семьёй. Вы могли бы просто отказаться.

Она вздохнула, и на некоторое время выражение её глаз смягчилось.

– Не знаю, – призналась старая леди. – Должен же кто-то аплодировать этим бедняжкам.

Маркус смотрел, как сентиментальность исчезла с её лица, и оно вернулось в прежнее состояние.

– Вы гораздо добрее, чем делаете вид, – заключил он.

– Никому об этом не рассказывай. Хм. – Леди Данбери стукнула тростью. – Я закончила с тобой.

Маркус почтительно поклонился своей грозной двоюродной бабушке и отправился к Онории. На ней было нежно-голубое воздушное платье, которое ему ни за что не удалось бы описать, за исключением того факта, что оно обнажало её плечи, и ему это очень-очень нравится.

– Леди Онория, – произнёс он, едва подойдя к ней.

Она обернулась, и он учтиво поклонился.

Радостный огонёк вспыхнул в её глазах, и она сделала реверанс, пробормотав:

– Лорд Чаттерис, как приятно встретиться с вами.

Вот почему Маркус ненавидит всё это. Всё свою жизнь Онория называла его по имени, но стоит им оказаться в лондонском бальном зале, и он становится графом Чаттерисом.

– Вы, конечно, помните мисс Ройл, – сказала Онория, указывая на молодую леди справа, одетую в более тёмный оттенок голубого. – И мою кузину леди Сару.

– Мисс Ройл, леди Сара. – Он отвесил поклон каждой из них по очереди.

– Как неожиданно встретить вас здесь, – произнесла Онория.

– Я не думала… – Она замолчала, и румянец окрасил её щёки.

– Нет, ничего, – исправилась она, явно что-то скрывая. Но Маркус не мог оказывать на неё давление на людях, так что вместо этого он произнёс потрясающе проницательную и интересную фразу:

– Вы не находите, что здесь сегодня собралось очень много людей?

– О, да, – ответили все три леди с разной громкостью. Одна из них даже добавила «действительно».

После небольшой паузы Онория выпалила:

– Вы получали ещё какие-либо известия от Дэниела?

– Нет, не получал, – ответил Маркус.

– Так вы не знаете, когда он возвращается? – подытожила она.

– Нет, – ответил он. Любопытно. Ему казалось, это очевидно из его предыдущего утверждения.

– Ясно. – И на лице Онории появилась одна из тех улыбок, которые означают «я улыбаюсь, потому что мне больше нечего сказать».